Мать Эммы выслушала несвязный лепет от начала до конца, и, похоже, до нее стал доходить чудовищный смысл открытий, сделанных Елизаветой.

– Ну, перестаньте, детка, – мягко начала она. – Может, вы ошиблись? Ведь ни о чем нельзя знать наверняка.

– А вы… – голос Дубровской дрожал. – Разве вы можете дать другое объяснение всем этим странным совпадениям?

– На первый взгляд нет. Но кто знает? Будем откровенны, у вас есть веские доказательства близкого знакомства вашего супруга со Стефанией Кольцовой. Но вы не можете знать, причастен ли он к ее гибели. Разве вы располагаете какими-нибудь фактами?

– Может быть, если считать таковыми слова вашей дочери о кровавой реке, текущей среди скал, и шатком мостике. «Твое прошлое рухнуло вниз на острые камни», – говорила она. Разве это не обвинение? Эмма напрямую связывала гибель подруги с той любовной историей, о которой мы уже знаем.

– Да, но Эмма могла ошибаться.

Дубровская горько усмехнулась.

– Я была бы этому только рада, Ада Александровна. Но я все меньше в это верю. Кроме того, в истории с вашей дочерью…

– Вот-вот, я только хотела про это сказать. Простите, но ваши арифметические выкладки с водой в ванне мне кажутся малоубедительными. Плюс десять минут – минус десять минут. Здесь все относительно, а между тем именно на этом вы строите свои подозрения в отношении Андрея. Ну не смешно ли?

– Нет, – покачала головой Лиза. – Неужели вы не видите, что эти две смерти взаимосвязаны? Тот, кто расправился со Стефанией, устранил и Эмму. Она была ненужной свидетельницей, слишком много знала, слишком непредсказуемо себя вела.

– Ой, не знаю. Но, милая моя, если бы я с самого начала могла предположить, куда заведут вас поиски, я бы ни за что не попросила у вас помощи. Мою дочь не вернуть, но и вам я не желаю зла. Верите мне?

– Верю.

Действительно, старая дама обратилась к Дубровской в минуту отчаяния, полагая, что она сможет ей помочь. Откуда ей было знать, к чему приведет их эта затея?

– Ну, вот и хорошо, – улыбнулась Ада Александровна. Она была полна решимости вернуть своей гостье нормальное расположение духа. Для этого требовалось немногое – сменить тему. – Почему вы ничего не берете? Глядите, сколько всего я наготовила.

Женщина указала в сторону стола, где стояли нетронутые блюда.

– У меня нет аппетита, извините, – слабо улыбнулась Лиза.

– Да. От этой истории кто угодно потеряет аппетит.

– Совсем нет. Просто в последнее время я себя чувствую отвратительно. Вот только никак не могу добраться до врача.

– Вероятная причина – стресс?

– Не знаю, – с сомнением произнесла Лиза. – У меня постоянная тошнота и головокружения. Такое чувство, что я подхватила чуму и дни мои сочтены.