– Мама, мама! – поспешил вмешаться Андрей. – Лиза это сделала неумышленно. Беспечность – это не преступление.

– А! – свекровь махнула рукой. – Простота хуже воровства, честное слово. Если бы твоя жена представляла цену вещам, она бы не была столь легкомысленна.

Полина, гонявшая воду по кафельному полу, была абсолютно солидарна с Ольгой Сергеевной. От никчемной молодой хозяйки были сплошные неприятности.

Лиза же не знала, что и сказать в свое оправдание. Она мяла в руках поясок халата и молчала, как провинившийся ребенок.

– Ну что ты можешь сказать? – спросил ее Андрей. В его голосе слышались и смех, и раздражение. Испуг жены казался ему забавным, но ее нерешительность вызывала в нем гнев.

– Когда ты включила воду? – тоном прокурора спросила свекровь.

Дубровская покосилась на часы.

– Кажется, шестьдесят минут назад, – сказала она еле слышно.

– Шестьдесят! – В голосе Ольги Сергеевны звучали торжествующие нотки. – О чем ты думала, оставляя краны включенными на целый час?

О чем? Лиза не услышала ее вопрос. Она словно улетела на два месяца назад, оказавшись вновь на той самой базе, где произошло убийство…

Итак, размеры ванной комнаты, как, впрочем, и самой джакузи, в доме Елизаветы и в той самой даче казались примерно одинаковыми. Это облегчило задачу. Значит, требовалось примерно минут сорок для того, чтобы наполнить до краев ванну. Все остальное время вода хлестала за борт, затопляя пол…

В тот вечер, когда Лиза, встревоженная неприятным разговором с Андреем, отправилась на его поиски, первым на ее пути оказался домик Эммы. Девушка не потрудилась открыть ей дверь. Возможно, она была не в духе, а, скорее всего, собиралась принимать ванну. Из-за двери явственно слышался шум воды.

Далее были гонки в компании полубезумных людей и веселенькая история с кетчупом. После взаимных упреков и случайных обмороков участники вечеринки решили проучить гадалку. Был составлен план, и приятели вереницей потянулись к домику Эммы. Елизавета же подошла к дверям Эммы спустя час после своего первого неудачного визита. Но, как выяснилось, девушка к тому моменту уже была мертва. Вода в ванной комнате заполнила собой все тесное пространство и даже перелилась через порог. Ковровое покрытие намокло.

Приблизительный арифметический расчет показывал, что такой уровень затопления мог быть достигнут за полтора часа непрерывного течения воды. Значит, в тот момент, когда Лиза стучалась в дверь домика, ванна была уже заполнена до краев. Но Эмме почему-то до этого не было никакого дела. Почему? Не потому ли, что она была уже мертва? Стоп! Но кто же тогда отвечал на вопрос Елизаветы?