— Да, и поэтому вам придется подождать. Сначала аббатство покинут король и королева в сопровождении своих придворных и челяди. Затем — крупные вельможи и их сопровождающие, за ними — государственные чиновники высокого ранга. Боюсь, законники будут замыкать процессию. За ними поедут лишь слуги да повозки с поклажей. Строгая очередность чрезвычайно важна во время подобных передвижений.

— Разумеется.

Крейк бросил взгляд в сторону королевского особняка. Слуга срезал розы, растущие у крыльца, и бережно складывал колючие стебли на стоявшую рядом повозку. Шум и суматоха, царившие вокруг, казалось, ничуть его не волновали. Я подумал о том, что после отбытия короля особняк вновь будет служить резиденцией Совету северных графств.

— Король был в ярости из-за того, что Джеймс позволил себе пренебречь его приглашением, — вполголоса сообщил Крейк. — Он обещал обрушить на головы шотландцев громы и молнии. Думаю, они дорого заплатят за неучтивость своего монарха.

— Что ж, подобная… — я замешкался, подбирая не слишком резкое слово, — суровость вполне соответствует нраву короля Генриха.

— Вы правы.

На несколько мгновений меж нами повисло неловкое молчание.

— Что ж, сэр, я должен вас оставить, — нарушил его Крейк. — Мне пора в путь. Может статься, более нам не суждено увидеться.

— В таком случае всего вам наилучшего.

— И вам также, — проронил он и тихо добавил: — Я всегда буду вспоминать о вас с благодарностью.

С этими словами Крейк повернул лошадь и поскакал к воротам.

— Бедный старый олух, — проронил Барак, проводив его задумчивым взглядом.

— Не такой уж старый, — усмехнулся я. — Тихо, Предок!

Мой гнедой мерин заржал и отпрянул в сторону.

— Пока не будем взбираться в седла, — предложил Барак. — Пусть лошади немного успокоятся.

— Конечно, конечно. Глядите-ка, вот и Джайлс. Но где его лошадь?

Старый законник только что вошел в ворота. Он нес тяжелую корзину с поклажей. Оказавшись во дворе, он с озабоченным видом огляделся по сторонам. Выдающийся рост его был сейчас особенно заметен, ибо он на голову возвышался над толпой. Я помахал Джайлсу рукой, и он направился к нам.

— Доброе утро, Мэтью, доброе утро, молодой Барак, — произнес он, с трудом переводя дух. — Боюсь, у меня возникло серьезное затруднение. Вчера моя лошадь поранила копыто об острый камень, и временно она не годится для путешествия. Не представляю, что делать.

— Наверняка здесь найдутся свободные лошади, — заметил Барак.

— Если свободные лошади и есть, они в лагере, а не в аббатстве, — возразил я. — Сейчас мы вряд ли сумеем найти коня.