– Молчи, болван! – прикрикнул на него Рич, после чего повернулся ко мне и сказал спокойным серьезным тоном: – Шардлейк, я не хочу насилия. Мы схватили парня, зная, что это приведет тебя сюда, а мне нужно с тобой поговорить. Может даже случиться, что мы поможем друг другу.

Я уставился на него. Это был тот самый встревоженный Ричард Рич, которого я видел на сожжении Анны Эскью.

Я ничего не сказал, на время онемев. Николас изумленно уставился на внезапно возникшего тайного советника, а двое людей Ричарда внимательно следили за нами. И тут послышался стук в дверь, отчего все подскочили – кроме Рича, чье лицо сложилось в более характерную для него хитрую улыбку.

– Открой, Гоуэр, – сказал он. – Наша вечеринка еще не закончилась.

Леонард открыл дверь. Там стояли констебль с помощником, а между ними – взбешенный Барак. Я увидел, что кинжала у него на поясе нет. Спутники Джека втолкнули его в дом, а Рич, кивнув на него, сказал своим людям:

– Посмотрите на него, на источник неприятностей. Мастер Барак, позвольте сказать вам, что это вторжение не поможет ни вам, ни вашему хозяину. – Затем советник подошел к констеблю, который низко поклонился. – Больше никого?

– Нет, сэр, только этот, – отозвался страж порядка.

– Хорошо. Вы оба получите награду. И помните: держите рот на замке.

– Да, сэр Ричард.

Констебль снова поклонился, махнул рукой своему помощнику, и они оба вышли. Рич закрыл за ними дверь и снова обернулся к нам, качая головой. На его лицо вернулась сардоническая улыбка, обнажившая мелкие ровные зубы.

– Барак, я был о тебе лучшего мнения. Неужели ты не подумал, что если я пользуюсь домом, то первым делом заплатил местному констеблю? Их можно купить, а плачу я хорошо.

Джек ничего не ответил, и Ричард пожал плечами.

– Сядем за стол. И ты тоже, юноша, – посмотрел он на Овертона. – Я хочу поговорить с вашим хозяином, и если все закончится хорошо, я отпущу вас всех. Поняли?

Мои сотрудники не ответили, но кивок с моей стороны позволил Стайсу и Гоуэру подвести их к столу. Они сели.

– Смотрите за Бараком хорошенько, – велел Рич. – Он как обезьяна – горазд на всякие штуки. – Он подошел к лестнице. – Поднимемся наверх, мастер Шардлейк.

У меня не было выбора. Оказавшись наверху, Ричард провел меня в комнату, так же бедно обставленную, как и весь дом, с одним столом и канделябром со свечами на нем и парой стульев. Королевский советник жестом предложил мне сесть, а потом, вернув себе серьезный вид, молча посмотрел на меня. Мне показалось, что на его лице появились новые морщины. В свете свечей его серые глаза казались светлыми точками. Я ничего не говорил и ждал. Он сказал, что мы можем помочь друг другу – пусть скажет как. Знает ли он о пропавшем «Стенании»? Ни в коем случае я не должен первым упоминать про рукопись!