89

На завтра мы планировали визит в антикварную лавку Хьюго Вилларда «Взломанная дверь» – прямо к открытию в четыре часа дня.

Однако в хаосе последней недели я забыл одну ключевую деталь: Санта-Барбару. Мне предстояло забрать Сэм на долгие выходные. Синтия позвонила с утра пораньше, сообщила, что новая няня – некто Стася Диллон – заберет Сэм из школы в три пятнадцать и привезет прямо ко мне. Синтия дала няне мои ключи, так что проблем не предвиделось: Стася зайдет сама и побудет с Сэм, пока мы не вернемся.

Но прошло все утро, миновал полдень, затем еще час, а от новой няни – ни слуху ни духу. Я звонил ей каждые полчаса, недоумевая, как моей жене в голову пришло довериться женщине, которая так читает собственное имя. С тем же успехом могла нанять няньку по имени Ибица или Текила. Наконец Стася позвонила в половине третьего. У нее приключился форс-мажор: семнадцатилетний сын попал в аварию на автостраде Брукнер. Он цел, но она только что вышла из больницы в Бронксе и опаздывает примерно на час. Ко мне доедет самое раннее в пять. Я ее успокоил, сказал, что без проблем заберу Сэм из школы. Но, значит, придется тащить ее с собой во «Взломанную дверь» – малоприятная перспектива.

– Позвони Синтии, – сказала Нора. – Наверняка у нее есть запасная няня.

– Не могу. Она уже в самолет садится.

– Может, есть какие срочные няньские службы? – спросил Хоппер, примостившись на подлокотнике дивана.

– Я не могу неизвестно кого послать за Сэм.

– Давай в лавку пойдем мы с Хоппером, – предложила Нора.

– А я в окопе отсижусь?

Она кивнула. Не нужно большого ума, чтобы понять, как родилась эта гениальная идея: после вчерашних жарких дебатов о том, что по правде и не по правде, Нора по-прежнему устраивала мне обструкцию.

– Да бери ее с собой, – сказал Хоппер. – Станет скользко – уйдете.

Я молча размышлял. Мы подбираемся к чему-то важному. Я всеми фибрами чувствовал. Эта встреча критична – вдвоем Хоппер и Нора могут вовсе прошляпить зацепку. Виллард догадается, что мы взяли след, и утечет сквозь пальцы. Но подвергнуть Сэм опасности немыслимо.

– Соображай быстрее, – сказал Хоппер. – Нам пора.

90

Явной витрины или вывески не было – только закрытая подъемная дверь, вся в облупившейся красной краске.

Долгие извивы сохлых лоз льнули к кирпичному фасаду, как пряди жестких волос к кафелю после душа. Верхние этажи обветшали, окна разбиты или заколочены. Здание, вероятно, некогда было весьма изысканно – гараж обрамляли тщательно отделанные коринфские пилястры, на первом этаже череда желто-синих витражей, – но поблекло и покрылось коркой грязи, будто годами было захоронено и его откопали только на днях.