Восемь лет мы играли в команде «Братьев» и гордо носили на своей форме зеленый трилистник. Игра стала частью нашей жизни, и, когда мы окончили школу, нам трудно было представить, что дальше мы будем существовать без регби. Нашим спасением оказался клуб «Старых христиан» — частная команда по регби, основанная в 1965 году выпускниками «Стелла марис», для того чтобы у выпускников школы была возможность и дальше играть в любимую игру.

К концу шестидесятых регби стало популярной игрой, появилось много хороших команд, и нам было с кем потягаться. В 1965 году мы вошли в Национальную лигу по регби и вскоре зарекомендовали себя как одна из лучших команд страны, а в 1968 и 1970 годах стали чемпионами. Воодушевленные успехом, мы договорились о нескольких матчах с аргентинцами, и оказалось, что мы играем наравне с лучшими аргентинскими командами. В 1971 году мы отправились в Чили, где выиграли несколько трудных матчей. Поездка оказалась столь успешной, что было решено повторить ее и в 1972 году.

Я ждал этой поездки с нетерпением и теперь был рад, что столько моих друзей летит со мной в Чили. Здесь был Коко Николич, второй «замок», один из самых высоких и сильных игроков нашей команды. Энрике Платеро, человек серьезный и уравновешенный, был «столбом» — то есть помогал держать линию в схватке. Высокий и проворный Рой Харли выполнял роль фланкера. Роберто Канесса, один из самых сильных и жестких игроков команды, был левым форвардом. Артуро Ногуэйра был полузащитником, мастером длинного паса, и лучше всех владел мячом. Антонио Визинтин, широкоплечий здоровяк с бычьей шеей, был форвардом первой линии. Густаво Зербино — я всегда восхищался его хладнокровием и целеустремленностью — был игроком разносторонним и мог играть на многих позициях. А Марсело Перес дель Кастильо, второй фланкер, стремительный и отважный, отлично владел мячом и был мастером ставить противникам подножки. Это была его идея — еще раз поехать в Чили, и он нашел самолет, нанял летчиков и договорился о матчах.

Были и другие: Алексис Уне, Гастон Костемаль, Даниэль Шоу — все отличные игроки и мои друзья. Но самым близким своим другом я считал Гвидо Магри. Мы с ним познакомились в первый же день, когда я оказался в «Стелла марис» — мне тогда было восемь лет, а ему девять, — и с тех пор были неразлучны. Когда мне исполнилось пятнадцать, мы оба обзавелись мопедами, с которых по дурацкой подростковой моде поснимали глушители, поворотники и крылья. Мы гоняли в самое модное в нашем районе кафе, где глазели на девчонок и изо всех сил старались произвести на них впечатление. Гвидо был преданным другом и человеком веселым, с исключительным чувством юмора. А еще он был отличным полузащитником, быстрым и хитроумным. Мы оба играли в «Стелла марис», а после школы вошли в состав «Старых христиан».