Дэвид отошел от двери, держа мужчин под прицелом.

— Я вам не верю. Вы не из Буэнос-Айреса.

— В округе немало подобных нам. Приезжих, сеньор.

— Это квартал эмигрантов, — добавил второй.

— Вы хотите сказать, что забрались на крышу не ради меня?

— Уверяю, это совпадение, — сказал человек с карабином.

— Видите ли, — вмешался другой. — На прошлой неделе ограбили двух жильцов. Полиция за нас не вступается, мы для нее экстраньерос — иностранцы. Нам самим приходится стоять за себя.

Сполдинг внимательно наблюдал за мужчинами. Они говорили не колеблясь, их глаза не выдавали страха.

— Я работник американского посольства, — сухо произнес Дэвид. Экстраньерос и глазом не моргнули. — Покажите ваши документы.

— Что? — переспросил человек с карабином.

— Бумаги… Сертификадос.

— Конечно. Сейчас, — второй полез в карман брюк. — Вот, прошу вас. В портмоне.

Дэвид взял потертый кошелек. Вгляделся в целлофановое окошко — от времени оно потрескалось.

Вдруг приклад ударил его по руке, в которой был пистолет. Сполдинга пронзила невыносимая боль. Потом ему умело заломили эту руку — вниз и назад. Ничего не оставалось, кроме как выпустить пистолет и ногой попытаться спихнуть его с крыши.

Но поздно. Удара по виску он уже не ощутил. Настала тьма. Пустота.

— Они правильно описали положение дел, но только совсем в другой части города, — сказал Боллард, сидевший в противоположном углу комнаты. Дэвид держал у виска грелку со льдом. — Экстраньерос живут в основном в западной части Боки. Уровень преступности там чертовски высок, полиция предпочитает патрулировать центр, а не иге улицы. Да и ГОУ экстраньерос недолюбливает.

— Ну и что? — пожал плечами Дэвид.

— Скажите спасибо, что они решили не убивать вас. А то сбросили бы с крыши или оставили на краю. Ставлю пять к одному, вы скатились бы наземь.