Бёрд оглядел ловушку, в которой они оказались: тридцать футов голого бетона, камня и стали.

– Сейчас что-нибудь придумаю.

– Хотелось бы в это верить.

– Я бывал и в худших местах, – заверил его Бёрд.

Но насчет этого он тоже ошибался.

* * *

Когда Рису все это надоело, он пустил газ. Процесс выглядел не особо эстетично. Закачанные в ограниченное пространство, большинство обездвиживающих аэрозолей вызывали рвоту, судороги или смерть, а иногда и все перечисленное одновременно. Рис использовал смесь метилпропилового эфира и анестетика для крупного рогатого скота – изобретение одного серийного насильника-меннонита[52], который любил подкрасться к чьему-нибудь дому в темноте и распылять это снадобье в открытые окна. Риса это вполне устраивало, если только случайная смерть не грозила проблемами. К примеру, он никогда не использовал эту смесь на Саре.

Но с этими ребятками…

Когда все трое уже валялись на полу, Рис откачал газ, закатил в коридор плоскую тележку, вывез их наружу, а потом спустил по бетонному пандусу вниз, в подвальное помещение, оборудованное хирургическими лампами, кровостоками и гидравлическими столами. В металлических шкафах хранились излюбленные инструменты его ремесла – не только скальпели, ножницы и пилы, но и хирургические клещи-костотомы, зажимы для операционного белья и держатели для внутренних органов, молотки и долота для костей, кюретажные ложки, кожные крючки и реберные расширители. У Риса имелись трепаны и пилы Страйкера, все виды ретракторов и торзионных пинцетов. По иронии судьбы он никогда еще не использовал это помещение. Как и тамбур наверху, оно предназначалось для особых случаев и особенных людей.

Но эти люди появились здесь, намереваясь навредить ему.

Это делало их достаточно особенными.

* * *

Когда послышались крики, Сара свернулась в комок в углу возле кровати. Поначалу она решила, что ей приснился кошмар, но крики все продолжались и продолжались, и звучали они так, будто чья-то душа разрывается на части. Она заткнула уши, но это не помогло. А когда первые крики затихли, послышались другие.

Совсем другие крики, насколько она могла судить.

Крики совсем другого человека.

* * *

С первыми двумя Рис разделался практически машинально. Не спешил, но и не настолько растягивал удовольствие, как обычно.

С первого он ободрал кожу живьем.

Второй потребовал четырех кровоостанавливающих жгутов и костной пилы.

– Могу я заключить, что теперь ты ответишь на мои вопросы?