– На ней уже ничего не осталось, – говорит она. – А потом, девочка голодна, и это ничего не даст.

От волнения у нее начинает ныть живот.

Она оглядывается и вздрагивает, когда ее взгляд падает на Биргитту.

Та тоже проснулась. Естественно, только покойник смог бы спать, когда комнату заполняют детские крики. Она сидит на кровати, не спуская взгляд с дочери.

Эльза смотрит на Ингрид, но медсестра словно окаменела. Она уставилась на Биргитту широко открытыми глазами и явно не в состоянии помочь – ни советом, ни чем-либо еще.

Маленькая Кристина принимается орать еще громче, и тогда Эльза принимает решение. Она начинает осторожно приближаться к Биргитте, которая смотрит не на нее, а на ребенка.

Понимает ли она, кто это? Что перед ней ее дочь?

Эльза даже представить себе такого не может.

Но когда она подходит совсем близко, Биргитта делает нечто невообразимое. Она немного вытягивает вперед руки.

Сначала Эльза колеблется, но потом все же вкладывает Кристину в объятия Биргитты, и та держит ее, сперва неуверенно и неуклюже, а Эльза боится поправить ее руки, поскольку Биргитта обычно не любит, когда кто-нибудь прикасается к ней. Однако она держит малышку очень осторожно, а Эльза помогает ей изменить положение рук.