— Любовь не держит тебя в состоянии постоянного сумасшествия и хаоса. Она дает тебе покой.

Он положил голову на стол, прижался к нему лбом и сделал вид, что захрапел.

Она невольно рассмеялась.

Ник открыл один глаз и с улыбкой взглянул на нее.

— Я скучал по твоему смеху.

Лора посмотрела на пианино за его плечом.

— Я слышал, что у тебя был рак груди.

Она покачала головой. Она не собиралась говорить с ним об этом.

— Я помню, каково это было — касаться ртом твоей груди. Как ты стонала и извивалась, когда я лизал у тебя между ног. Ты думала об этом, Горе? Как хорошо нам было вместе?

Лора тяжело посмотрела на него. Теперь она больше не волновалась об Энди. Его главный, фатальный недостаток поднял свою уродливую голову. Он всегда слишком быстро разыгрывал свои козыри.

— Как ты можешь жить с этим? — спросила она.

Он приподнял бровь. Ей снова удалось пробудить его интерес.

— С чувством вины, — уточнила она. — За то, что убивал людей? За то, что все это начал?

— Людей? — спросил он. Мнения судей по поводу его роли во взрывах в Чикаго разделились. — Это ты мне скажи, дорогая. Джона Хелсингер? Так его звали? — Он дождался, пока Лора кивнула. — Ты перерезала ему горло. Хоть по телевизору это и замазали.

Она прикусила щеку.

— Как ты можешь с этим жить? Как ты себя чувствуешь после того, как убила этого мальчика?

Лора позволила крошечной части своего мозга задуматься о том, что она сделала. Это было непросто — слишком долго она училась проживать каждый новый день, полностью забыв о предыдущем.

— Ты помнишь выражение лица Лоры Жено? Когда мы были в Осло?

Ник кивнул, и она поразилась тому факту, что он был единственным оставшимся в живых человеком, с кем она могла обсудить один из самых важных моментов своей жизни.