Ему стоило беспокоиться.

Лора почувствовала приступ тошноты, когда поняла, что сейчас произошло. Ник угрожал Энди. Он велел ей выбрать. Лора сделала свой выбор. Все повторялось снова.

Я не хочу вредить нашему ребенку, но я это сделаю.

Дверь открылась.

— Он угрожал моей дочери, — выпалила она в лицо Майку. — Если он придет за нами…

— Мы позаботимся об этом.

— Нет, — рявкнула она на него. — Я позабочусь об этом. Ты меня понял?

— Эй, полегче, — Майк поднял руки. — Сделайте одолжение и позвоните сначала мне. Как вы могли бы мне позвонить перед тем, как отправились в тот номер в мотеле. Или после стрельбы в торговом центре. Или…

— Просто держите его подальше от моей семьи. — По позвоночнику пробежали мурашки: ей стоит быть осторожней. Майк коп. Она невиновна в смерти Паулы, но она лучше всех знала, что государство всегда найдет способ поиметь тебя, если захочет.

— Он пойдет по максималке, — сказал Ник. — Не сможет писать письма или приглашать посетителей. Будет принимать душ раз в неделю и видеть солнце по часу в день, и то если повезет.

Лора вынула наушники. Кинула их в раскрытую ладонь Майка. Выплеск адреналина начинал отпускать. Руки не тряслись. Сердце больше не дрожало, как кошачьи усы. Она сделала то, что должна была сделать. Все было кончено. Она никогда больше не увидит Ника.

Пока сама этого не захочет.

— Должен признаться, я думал, у вас крыша поехала, когда вы попросили меня выяснить, можно ли перенести пианино, — сказал Майк.

Лора понимала, что не стоит с ним ругаться.

— Хорошая идея с петицией.

— Урок Маршала 101: заключенный сделает все за пакетик чипсов. — Майк был горд собой. Ему явно понравилось разыгранное представление. — То, как вы смотрели на пианино, как ребенок на конфету… Вы действительно его обманули.

Лора увидела Энди через окошко в двери. Теперь она выглядела старше: скорее как женщина, чем как девушка. Над ее бровью пролегли морщины. Она волновалась.

— Я сделаю что угодно, чтобы моя дочь была в безопасности, — сказала Лора Майку.