— Мартини, — сказал я, снова мысленно переживая тот момент. Я почти надеялся увидеть его жену, разглядывающую книги на столе напротив, но сегодня ее отсутствие было более заметно, чем присутствие накануне. Он недрогнувшей рукой налил мне коктейль.

— Я хотел бы вас поблагодарить, — тихо сказал он, — за то, что вы удержали прессу на расстоянии.

— Рад, что смог оказаться полезным.

— Боюсь, я был не слишком в форме, чтобы с ними разговаривать. Надеюсь, они не доставили вам слишком много хлопот?

Я не очень понял, что он имел в виду, и покачал головой.

— Нет, они просто задавали самые обычные вопросы.

— Надеюсь, не было никаких разговоров о… самоубийстве. — Он пристально посмотрел на меня.

— Нет, об этом никто даже не заикался. Все восприняли как несчастный случай.

Помолчав, я все-таки решил сообщить ему об отступничестве мисс Ланг. Выслушав, он мрачно кивнул.

— Я уже знаю. Меня об этом спрашивали, и я сказал, что искренне сомневаюсь в желании Милдред покончить с собой. Это ведь не самый верный способ, правда? Топиться на глазах полудюжины людей, некоторые из которых были прекрасными пловцами.

Я был поражен его спокойствием. Если он и потрясен смертью жены, то совершенно этого не показывал. Почувствовав легкий неприятный холодок, я присоединился к другим гостям, расположившимся возле камина.

Ужин не клеился. Поскольку Брекстон был с нами, мы просто не знали, о чем говорить. Каждый думал об одном и том же, но просто неприлично было говорить о Милдред в присутствии ее мужа; как ни странно, он казался самым спокойным из всех.

Интересно было наблюдать за разной реакцией гостей на сложившуюся ситуацию.

Самой оживленной казалась Мери Вестерн Ланг, которая полностью в духе своих «Бесед о книгах» долго рассказывала о том, как однажды навестила известную писательницу Френсин Карпин Лок у нее дома в Новом Орлеане.

— Такое гостеприимство! А какой там был стол! Ах, какие деликатесы она предлагала самому скромному из гостей!

После этого последовал самый тщательный критический разбор ее произведений, в котором они сравнивались с работами другого великого автора, Тейлор Колдуэлл. Я пришел к выводу, что, образно говоря, они шли голова в голову.

Миссис Виринг говорила о жителях Хемптона, перебирая местные сплетни, вспоминала тех местных дам, кто бросил мужа и ушел к другому мужчине: эта тема после разговоров о детях и неприятностях с прислугой занимала главное место в местных сплетнях.

Флетчер Клейпул не произнес ни слова; он был бледен и напряжен, и я видел, что сестра его также обеспокоена. В течение всего ужина она пристально за ним наблюдала и, хотя мы с ней и Брекстоном затеяли разговор о живописи, ее внимание было все время приковано к брату.