— Рубец на шее миссис Брекстон появился до того, как она пошла купаться. Я заметил его накануне вечером.

— Вы очень наблюдательны, мистер Саржент, спасибо.

Глава третья

Глава третья

1

1

Во втором часу ночи я спустился по лестнице, миновал опустевшую кухню и вышел черным ходом. Полицейский, охранявший дом, растянулся в плетеном кресле с другой стороны. Я шагал через дюны, проклиная ясную ночь и луну, светившую как прожектор, отбрасывавшую длинные темные тени на дюнах и серебрившую море.

Однако я выбрался на дорогу, оставшись незамеченным. Нам было предложено оставаться в доме вплоть до дальнейших распоряжений, и я, извинившись, как можно раньше отправился наверх, якобы в постель, моля Бога, чтобы танцы не кончились.

Так и оказалось.

Истхемптон был очень приятным местечком с целым рядом увеселительных заведений, причем каждое кичилось своей исключительностью. Центром летней жизни городка была группа старожилов яхт-клуба «Ледирок», представлявшего собой довольно бесформенное здание с длинным пирсом примерно в миле к северу от дома миссис Виринг.

Члены клуба относились к зажиточным (но не богатым), принятым в обществе (но не знаменитым) представителям среднего класса Америки, составляющего ее основную опору. Они гордились своими старинными корнями, восходившими обычно к какому-то фермеру восемнадцатого века. Их имена не были известны широкой публике, однако Америку они считали пирамидой, на вершине которой видели самих себя. Эта иллюзия поддерживалась тем фактом, что их не принимали люди богатые и известные, а они сами отказывались общаться с людьми беднее себя. Их самым любимым словом и самой высокой оценкой было «славный». В их компании можно было слышать это слово каждую минуту. Вот это и это очень славно, а вот то — совсем нет. Они делили весь мир на славную и неславную половину и были совершенно счастливы, когда оказывались на нужной стороне этой границы.

Необходимым признаком принадлежности к славной половине человеческого рода было членство в клубе и осуждение таких неславных элементов, как евреи, артисты, гомосексуалисты и знаменитости. Представители этих четырех групп, дай им хоть малейшую возможность, кончат тем, что сметут всю славную часть общества в море. К счастью, те об этом даже не подозревали, иначе в поселке могли возникнуть серьезные неприятности.

Так уж сложилось, что художники и им подобные занимались своими делами в южной части городка, тогда как их славные соседи жили в непосредственной близости друг от друга в больших домах и маленьких коттеджах вблизи яхт-клуба; они посещали местный театр Джона Дрю, устраивали друг для друга приемы, на которых, по крайней мере, половина гостей напивалась, а другая — грешила; они обменивались мужьями и женами, а их дети на огромной скорости носились в новых автомобилях от Хемптона до Хемптона, периодически врезаясь в телефонные столбы. Это было типичное дачное общество, и достаточно славное.