Ренден покачал головой.

— Нет, она бредит, состояние ужасное. Никому не разрешают заходить к ней, кроме Гривса. В конце концов я пошел к нему… Вы же понимаете, как ближайший родственник… И потребовал полного отчета о ее состоянии. Он сказал, что до сегодняшнего утра Элли не приходила в сознание. Я настаивал, что ее следует поместить в больницу, но он ответил, что ее обеспечили самым квалифицированным медицинским обслуживанием, какое здесь только можно найти.

Лиз спросила:

— Вы не думаете, что они арестуют мистера Брекстона?

Ренден пожал плечами и солидно протянул:

— Трудно сказать. Некоторые не слишком уверены, что он — виновник всего случившегося.

— Нет, это должен быть мистер Брекстон.

— Почему? — ее уверенность меня удивила.

— Только мужчина мог перерезать горло мистеру Клейпулу. У Питера не было причин это делать, так что остается один Брекстон.

— И я, — добавил Ренден. — Я тоже под подозрением.

— Да, но вас же не было в ту ночь; кроме того, вы не могли же убить своего дядю… А если даже и могли, то не имели шансов убить миссис Брекстон, так как в то время были в Бостоне…

— И проводил время с друзьями, — с достоинством кивнул Ренден. — Не думаю, что мне придется доказывать Гривсу, что я был там, когда все случилось.

— Таким образом, у вас два алиби, что исключает вас из числа подозреваемых. Только бедный мистер Брекстон мог совершить оба убийства.

— Очень изящно, — признал я. — Но предположим, что у мистера Брекстона есть алиби на второе убийство и хорошее объяснение первого.

— И что из этого? — Оба с любопытством взглянули на меня.

— Не собираюсь ничего говорить до тех пор, пока не прочитаете все завтра в «Глоуб». Могу только сказать: я знаю, что в момент убийства Брекстон был с Элли Клейпул.

Ренден посмотрел на меня с живым интересом.

— Вы уверены в этом?

— Уверен. И думаю, это его исключает.

— Если только… — Лиз замолчала. Мы посмотрели на нее, немного смущенные неожиданными выводами из моих слов.