— Спасибо, Кэти. Все в порядке. Мальчишка замечательно играет на скрипке, а жене хочется приучить его к пианино.

— Ах, Нэнси, ей все не дают покоя лавры Вана Клайберна.

Она нажала кнопку, скрытую под верхней планкой стола.

— Можете пройти прямо в кабинет, доктор Маккей.

— Спасибо, Кэти.

Повернув ручку замка, охраняемого электронной установкой, Маккей вошел в кабинет.

Хозяин кабинета, откинувшись в кресле, просматривал бумаги в папке, лежавшей перед ним на столе.

— Привет, Кол! Как дела? Садись ближе… Я тебя вызвал вот по какому делу… — Похоже, ему было трудно начать неприятный разговор. — Этот твой Эпстайн, что… вполне надежен?

Этот вопрос я не хотел бы слышать из ваших уст.

— Я понимаю тебя, Кол: ты хочешь сказать, что мы сделали правильную ставку и именно на ту лошадь? Признаюсь, меня очень беспокоит эта история с Вилом… Не идет ли речь о двойной игре?

— Это исключено. Ручаюсь, как за самого себя…

— Тебя еще КГБ не завербовало — это точно! Если бы это случилось, я бы сразу подал в отставку.

Я готов сделать то же самое, если ваши предположения подтвердятся…

Об этом речи не идет. Но вот тут… — Директор ЦРУ извлек из папки лист шифрограммы и подал его Маккею. — Только что пришло через Германию. Что скажешь по этому поводу?

Маккей взял документ и погрузился в чтение:

«…В 21 час 35 минут на машину, в которой добирался объект, совершено нападение неизвестными лицами. Само транспортное средство испорчено: множественные проколы шин, в бензобак засыпан сахар, порван брезент. Что касается содержимого кузова, то люди, вооруженные штатным советским оружием и в военной форме, перегрузили медикаменты в машину неизвестной принадлежности и с места происшествия скрылись. Вместе с ними исчез представитель и подданный Германии Курт Россель. Находился или нет в машине объект неизвестно. Сам автомобиль оттранспортирован на стоянку немецкого торгового представительства в Москве, где в ближайшее время будет произведен тщательный осмотр. Объектов биологического происхождения (кровь, моча, слюна) и иных следов пока не обнаружено. По нашему мнению, речь может идти о деятельности органов безопасности России… При получении дополнительной информации постараемся проинформировать вас столь же оперативно…»

Что скажешь? — директор напряженно ждал ответа.

— Пока только одно — чего-чего, а сахара, похоже, мы им завезли предостаточно…