— Здорово, орлы! — бесцеремонно ввалился он в вагончик — те подняли головы, ответили на приветствие.

— Вашко Иосиф Петрович, — представился он. — С Петровки я… От Коломийцева. — Он специально назвал фамилию начальника управления ОБХСС, которая им была хорошо известна по роду службы. Таможенникам сразу стал понятен этот неурочный визит, и они, потеряв интерес к Вашко, продолжили чаепитие.

— Слушайте, кто скажет, что этот, из Гамбурга, стоит в неположенном месте?

А ты его сам спроси, — отозвался молодой парень в форме.

— Да я по-ихнему ни бельмеса, а он, видимо, по-русски, как я по-японски…

— Говорит, что ждет представителя больницы.

— Заболел, что ли?

— Да нет — лекарства он привез, а отдавать не хочет.

— Бумаги у него в порядке?

Лучше не бывают — с ихними орлами и когтями на лапах.

— Так какого черта, спрашивается?

— Немцы перемудрили, — отозвался таможенник с большим количеством звезд в петлицах, но такой же молодой, как и остальные его товарищи. — Они, видишь, из гуманных соображений решили осчастливить своими шприцами и презервативами от СПИДа жителей Нагорного Карабаха… Вот и будет ждать машину оттуда до морковкиного заговенья!

— Из Карабаха? — чуть не ойкнул Вашко. — Ни хрена себе хрена… Там же война… Армяне с азербонами воюют…

— Ну так вот им как раз без презервативов никуда… — захохотало сразу несколько глоток.

— А чего, мужики, смеетесь, — пробурчал плечистый таможенник с армейской выправкой. — Вот когда я в тундре служил, так чтобы эту гадость болотную рвануть, мы заряды в презервативы прятали — от мокроты, мой милый, спасает — первый класс. А то ничего не взрывается — они ж все мокрые, заряды-то… Как моя задница!

— Ишь ты… — удивился кто-то из присутствующих. — А я думал, они только по прямому назначению используются…

Вашко, насмеявшись вдоволь, со всеми распрощался. Сев в машину, он долго крутил в руках ключ зажигания, по-прежнему не решаясь ехать домой. Но в конце концов собрался…

…И вот — маета. Нет желания спать, лежать, ходить. Так с ним бывало и раньше, когда он чуял преступника, знал, что тот действует, может быть, именно в эту минуту, секунду, миг, но что делать самому, он еще не решил.

Подойдя к телефону, Иосиф Петрович набрал номер своего бывшего визави по кабинету — Лапочкина дома не было. И на работе телефон не отвечал.

«Носят черти по каким-нибудь чердакам. Всех преступников все одно не переловит… — огорчившись, подумал Вашко. — Хотя я и сам был таким же…»