В последнее время Маккей избегал разговоров с Хенгерером.

Тэд без стука вошел в кабинет, по-хозяйски прошел к телевизору, включил видеомагнитофон и вставил в него принесенную кассету.

Экран телевизора вспыхнул, пошла какая-то реклама, потом во весь экран вспыхнула эмблема телекомпании.

Диктор начал передачу последних известий.

— Зачем ты мне это принес? — недовольно пробурчал Маккей. — Меня не интересует предвыборная программа президента и наводнение в Гонолулу.

— Подожди… Сейчас получишь весь комплекс удовольствий, — заговорщицки подмигнул Хенгерер.

— Новости из стран СНГ. Россия и другие республики все больше и больше просят гуманитарной помощи. Наш Конгресс, кажется, и не думает им в этом отказывать. Из Грузии передает Даг Ларсен. Смотрите его репортаж…

На экране появился бронетранспортер, вокруг которого суетились парни в черных рубашках с автоматами в руках. Площадь города была заполнена митингующими.

— Здесь Даг Ларсен. Я передаю репортаж из Сухуми, города, где все еще сильны позиции президента Гамсахурдиа. Точно такую же сценку я мог бы снять и в Зугдиди, являющемся фактически центром оплота «звиадистов». Отличие будет только в том, что там еще больше военной техники, украденной с армейских складов, и людей с оружием. Но вся эта обстановка не мешает нам помогать обитателям столь неспокойной точки на карте продуктами питания, одеждой и медикаментами. Только сегодня утром, с огромным трудом, прорвался один-единственный автомобиль, доставивший из Гамбурга медикаменты…

Картинка сменилась. Вместо митинга на экране возникла деревянная дверь. Из нее в облаке пара появился закутанный в простыню Курт, за ним шел Стив, а последним, вслед за заросшим черными волосами грузином, показался лысоватый грузный мужчина.

— С истинно грузинским гостеприимством этот караван встретили на сухумской земле. Вы видите представителя Германии — водителя Курта Шлезингера, нашего соотечественника, — известного литератора Стива Эпстайна и представителя из Москвы, сопровождающего этот гуманный груз по линии Красного Креста.

— Стив отрекомендовался писателем — это так, — нахмурил лоб Маккей, — но почему он не залегендировал фамилию? Ведь была предусмотрена другая — Болт-ман…

— Может, потому, что Даг Ларсен знал Стива раньше? — предположил Хенгерер.

— Один взгляд на стол, за которым угощают наших представителей, — произнес Ларсен в микрофон, и камера поползла по столу, заставленному яствами и закусками, — со всей очевидностью позволяет утверждать — наши страхи относительно голода в России сильно преувеличены… И тем не менее, всмотритесь в эту сценку. — В кадре снова появились все выходившие из бани и еще какие-то старики, сидевшие за столом в черкесках, папахах и при кинжалах, все с рюмками в руках. — Очень радостно сознавать, что такое дружелюбие проявляется к людям цивилизованных стран в этом краю. Вы смотрели репортаж из Сухуми. Даг Ларсен. Си-Эн-Эн…