— Погоди, с тобой девочка была…

— Ага, я пообещал, что найду её мать. Знаешь, за эти три дня я понял, что она — мой смысл жизни. Я должен воспитать её и вырастить. Но это уже неважно. Давай стреляй. Только не в голову, пожалуйста, не хочу, чтобы девочка получила психологическую травму. В грудь давай, — Джонатан поправил пальто, наложив плотную ткань на груди в два слоя.

— Может последние слова?

— Не тяни!

Оскар осторожно вынул револьвер из кармана. Приставил его к груди убийцы.

— Чуть-чуть пониже целься, а то я могу выжить.

— Сам разберусь.

— Тогда стреляй! — завопил Джонатан, заставив людей посмотреть на них. — Мне нечего терять, не о чем жалеть!

— Ты не ори так…

— Стреляй! — Джонатан дернулся и тут же услышал выстрел.

В эту же секунду десятки людей бросились к нему. Двое здоровых мужиков скрутили Оскара и стали избивать его. Келли упал со стула, заливая алой кровью брусчатку. Дышать становилось тяжело. Он улыбался, смотря в голубое безоблачное небо. Изо рта потихоньку стала вытекать кровь. Вдруг перед лицом возникла Сара.

— Мистер Келли, вы не можете бросить меня! Вы же обещали, помните?

Джонатан продолжал улыбаться.

— Мои руки в крови… Ну и пусть. Жалеть об этом я не стану. Пусть жалеют те, у кого есть время. А мне нужно ещё подумать…

2.

15 марта 1878 года. Дом Несбитов в Бирмингеме.

— С днём рождения, Арти! — восемнадцатилетняя сестра Артура внесла в комнату большой праздничный торт.

— Спасибо, Пени! — обрадовался именинник. — Ты сама его испекла?

— Конечно. Ну твой братец тоже помогал. Совсем чуть-чуть. Бил посуду, пока я делала тесто, — Пени с укором посмотрела на младшего Несбита.