28.

Люди в этой шлюпке были куда более разбиты, чем в предыдущей. Они не с таким энтузиазмом спешили на помощь утопающим. А помощь им была действительно нужна. Каждую минуту гибли десятки людей. Они умирали страшной холодной смертью, как правило, без шанса на спасение. Одежда Джонатана покрывалась ледяной коркой, примерзала к коже и волосам. Светлые локоны Сары превратились в сплошной кусок замёрзшей воды. Лиц людей, сидевших в конце шлюпки, не было видно из-за выдыхаемого пара, который больше походил на густой туман. Холод, по идее, должен был закалить организм и через некоторое время, пусть даже и долгое, перестать ощущаться так остро. Но этого не происходило: мороз кусал так больно, так рьяно. От него нельзя было уйти, спрятаться. Только переждать. Вот только чего ждать? Может быть никто даже не знает, что сотни всё ещё живых людей ждут спасения.

После того, как восьмой человек, к которому они приплыли, оказался мёртвым, было принято решение перестать оказывать помощь.

Шлюпка не издавала звуков. Молча дрейфовала в непроглядной тьме Атлантики. Слышалось только вибрирующее дыхание людей. Становилось очень холодно. Если бы был ветер, то, вероятно, Джонатан, Сара и десятки других, которые побывали в воде, но выбрались, погибли.

Через полчаса к шлюпке изредка стали подплывать тела, покрытые льдом, словно стеклом. Мёртвые даже не думали тонуть, напоминая выжившим, как им повезло. Шлюпки просто дрейфовали, обособившись друг от друга. Каждый напряжённо всматривался в горизонт, в надежде заметить проплывающий вдалеке корабль.

Прошло больше часа, прежде чем кто-то увидел вдалеке огни. Это был небольшой пароход, который стремительно приближался к месту крушения. Люди оживились и взялись за вёсла, стали грести навстречу спасению. Шлюпка, в которой находились Джонатан и Сара, самая первая встретила корабль. “Карпатия” — именно так назывался их спаситель. Погрузка происходила на удивление организованно, через пару минут все члены шлюпки были на борту. С Джонатана и Сары сразу сняли всю мокрую одежду и выдали новую. Девочка оживилась и даже стала улыбаться. Джонатану было всё равно на то, что станет с остальными пассажирами. Главное, что он и девочка теперь в безопасности.

29.

— Ужасное дело, сэр, — говорил лежавший в шезлонге мужчина с перевязанными ногами. — Полторы тысячи погибло.

— Да, страшное дело, — подтвердил Джонатан. — Прошу прощения, но могу я узнать ваше имя? И хотел спросить, что с вашими ногами? Просто, если вы заметили, я тоже несколько пострадал.

— Да, конечно. Я радист Гарольд Брайд. Я и мой покойный напарник отправляли сигналы о помощи в ту злополучную ночь. Капитан дал команду попытаться спастись. Но мы обязаны были выполнить свою работу. До последнего момента мы отправляли сигналы. Когда всё-таки решили выбраться, шлюпок не осталось. Мы воспользовались запасной, она складная и весьма небезопасная. Дальше, сами понимаете, всё как в тумане. Пробел в памяти. Я обморозил ноги и раздробил кости. Останусь инвалидом, но того от меня требовал мой долг.