— Ты это… — неуверенно заговорил Джонатан. — Не бойся. Сейчас вместе поплывём.

Он подплыл ближе к ней, стал поддерживать её руками, нога решила начать настоящий бунт. Но он знал, что всё делает правильно. Келли огляделся, заметил проплывающую не так далеко лодку. Одной рукой он держал ребёнка, другой грёб в сторону спасения. Девочка тоже пыталась грести, но было видно, что даётся ей это с великим трудом. Нога хрустела и издевалась. Но Джонатан не останавливался. Вдруг кто-то на той самой шлюпке заметил их, крикнул, и лодка направилась к ним. Келли не замечал холода, боли. Только счастье и чувство какого-то завершения. Шлюпка совсем рядом. Молодой матрос протянул руки к девочке, поднял её. Келли ухватился за борт. Его тут же подхватили. Выволокли. Все вскрикнули, ведь люди в этой шлюпки ещё не видели его ногу.

— Да вы не переживайте, — пытался отдышаться убийца. — Это просто новый писк моды. Вот увидите, скоро все так будут ходить. Хотя… ходить уже вряд ли смогут.

Он поймал на себе взгляд спасённой им Сары. Её кожа не была бледной, как у остальных попавших в воду. Очевидно, что серьёзных обморожений девочка не получила. Малышка видела его ногу, но и не думала как-то реагировать на это. Она бросилась к нему. И только теперь заплакала. Джонатан сразу же обхватил её обеими руками. Девочка сжимала его так сильно, что ему даже сделалось неловко, но он отдал бы всё, чтобы это длилось вечно. Он не испытывал подобных чувств никогда. Хотелось летать, невзирая на ногу и всё прочее.

— Спасибо… — сквозь слёзы прошептала девочка.

— Не нужно благодарить за спасённую жизнь, Сара. Любой поступил бы так же.

— Вы знаете имя? Мистер Келли! — наконец узнала его девочка и обняла ещё крепче. Прижалась головой к его груди.

— Мама уплыла, верно?

— Наверное, она спаслась, — грустно ответила Сара. — Я не знаю, что мне теперь делать. Куда мне идти? Если нас спасут, то что же дальше? Нас ведь обязательно спасут.

— Я тебя не брошу. Мы оба остались одни, нужно держаться вместе. И я найду твою маму, обещаю.

Девочка снова прижалась к убийце. Она дрожала, Джонатан попросил одну из дам отдать ей хвост лисицы, украшавший шею женщины. Она нехотя согласилась.

— Я никогда не брошу тебя, Сара, — прошептал Келли, обронив слезу. Девочка услышала это и тихонько всхлипнула.

“Мать бросила дочь. Даже если я найду её и верну Сару, где гарантии, что она будет заботиться о ней и не бросит снова? Девочке будет лучше со мной. Подумать только, если бы мне пару часов назад сказали, что я со сломанной ногой брошусь в ледяную воду, чтобы спасти девочку, которую знаю пару дней, то не поверил бы. Может это и есть новая жизнь?”