Доминика
Марек предсказывал бурю, и предсказание сбылось. К четырем часам дня жара достигла пика, воздух, насытившись влажностью, был неприятен, горячая роса потом оседала на коже. А небо чистое-чистое, ни облачка, ни тучки…
Гроза налетела на остров, словно разбойничья татарская орда на беззащитные русские села. О Золотой орде я только читала, но, глядя на тяжелые серые тучи, точно из свинца отлитые, видела не атмосферное явление, а закованную в железо конницу, что во весь опор несется вперед, томимая желанием смять, уничтожить, разодрать вражеские рубежи в клочья. В завывании ветра слышится лязг оружия, лошадиное ржание, и топот призрачных копыт. Я почти вижу, как они взбивают в пыль мутную озерную воду, сминают камыш, гнут деревья, которым случилось вырасти на путь бури. Удар грома заставил небеса вздрогнуть.
— Ника, очнись! — Тимур силой отодрал меня от окна. — Не стой столбом, нужно окна позакрывать, двери, и подпереть бы чем не мешало, а то повыносит, как… — сравнение Салаватова было ярким, емким и нецензурным, но, главное, вывело меня из ступора.
— Окна ставнями закроем. — распорядился Марек. — Ты, сестричка, изнутри, а мы снаружи. Вдвоем быстро управимся.
Следующие четверть часа я металась по дому, закрывая окна, двери, форточки, в общем, все, что можно было закрыть. Марек вместе с Салаватовым укрепляли снаружи деревянные щиты, которые по замыслу архитектора должны были защитить стекла. Судя по звукам, доносящимся извне, ребятам приходилось нелегко. Вернулись они мокрые, продрогшие до костей, но довольные.
— Успели. — Заявил Марек, отряхиваясь. Тимур, пофыркивая, словно тюлень после купания, руками стирал с волос воду.
— Часто здесь такое?
— Да не то, чтобы часто, но бывает. — Марек, совершенно не стесняясь меня, стянул майку. Впрочем, мужчина с такой фигурой, вряд ли знает, что такое стеснение. Его хоть сейчас можно в музей отправлять, приток посетительниц гарантирован.
— Это от сезона зависит. Иногда, если повезет, то вообще без бурь обходится, а бывает и…
Дом содрогнулся от фундамента до крыши, такое ощущение, будто в стену ударил гигантский кулак.