— Зато улыбается. — Аполлон Бенедиктович, припомнив ухмыляющуюся волчью морду, поежился: очень уж человеческая у зверя улыбка выходила.

— Улыбается. — Согласилась Диана. — Он умный.

— Ключ от дома где брали?

— Юзеф давал. Вернее, он привозил в одно место, оно не далеко, а потом пешком к дому вел, и открывал дверь.

— Сам ждал вне дома?

— Да. Мне очень-очень стыдно, но, умоляю, найдите его, я чувствую: случилось нечто ужасное. Юзеф попал в беду! Это она виновата! Она!

— Не кричите.

Диана виновато замолчала. А Палевич мысленно вычеркнул одну из загадок дома. Вот вам и призрак Вайды. До чего ж мерзки и отвратительны методы Охимчика, когда тот найдется — а в том, что доктор непременно найдется, Аполлон Бенедиктович не сомневался — Юзефу придется ответить за все.

— Диана, послушайте… — Палевич собирался задать жестокий вопрос, но что поделать, слишком серьезное дело, чтобы заботится о нежных дамских чувствах. — Кроме вас у Юзефа не было… пассий?

— Простите? — Она покраснела.