Алексей хмуро глянул на Холмса.

— Но если вам кажется, что это только моя фантазия, — продолжил тот, — я могу запросить дополнительную экспертизу, скорее всего, кроме Живанши, обнаружатся и более веские доказательства вашего присутствия.

Алексей резко затормозил и включил габаритные огни, несколько машин возмущенно посигналили.

— Я не убивал Катю, я не причастен к тому, что с ней случилось, — сказал он, открыто глядя на Холмса в зеркало заднего вида.

Холмс кивнул.

— Мы… да, у нас были отношения почти с того самого момента, как она познакомилась с Сергеем Семеновичем. Она сама стала инициатором. Как я мог устоять? Она любила меня… то есть говорила, что любит. И на эти деньги, которые она попросила у шефа, мы должны были вместе уехать в Таиланд.

— Дом, откуда звонила Лариса, вы знаете?

— Да, — тихо ответил Алексей, — мы встречались там.

Типовой кирпичный сталинский дом располагался в двух шагах от современного бизнес-центра, в котором у Кати была своя спортивная студия растяжки «Pop up». Алексей привычным движением ввел пин-код и открыл железные двери подъезда, все трое быстро поднялись на второй этаж. Алексей достал ключ и щелкнул замком.

— Входите, — коротко бросил он и включил свет в небольшой квадратной прихожей.

— Позвольте, — Холмс первым прошел в комнату и принюхался, — здесь курили?

— Нет, Катя категорически не переносила запах сигарет, — сказал Алексей. — Я ведь тоже не курю. — И он заглянул в соседнюю дверь.

— Тем не менее в квартире накурено, — отметил Холмс, быстро оглядывая шкафчики в гостиной.

— И вывезены некоторые Катины вещи, — сказал Алексей.

— Интересно. — Холмс достал из кармана резиновые перчатки, натянул на свои длинные кисти и осторожно поднял со столика красный айфон.

— Это Катин?

Алексей взглянул на телефон.

— Я видел у нее похожий когда-то, возможно, с этого телефона и звонила Лариса.

— Что ж, возможно. Алексей, узнайте, пожалуйста, можно ли посмотреть записи с камеры возле подъезда.