– Вроде бы ночь.

– Нет, вы ответили «время».

– Да, верно, время.

– О чём вы думали в ту секунду?

– Признаться, в тот момент я больше всего хотел побыть один.

– Вас расстроила мысль о погибшей невесте?

Доктор кивнул.

– Было сложно сконцентрироваться. И я сказал первое, что увидел – это была ночь в окне.

– Которую боялся Бульденеж.

Доктор снова кивнул.

– И мы знаем почему. Следом была «измена», вероятно, он всё же раскаивался за своё давнишнее преступление.

– Возможно.

– И вновь ваша сестра подкидывает мне загадку. Сено. Что за сено перед ней возникло при слове «измена»?

– Для меня это такая же загадка, – протянул Джейкобс.

– Но, по всей видимости, измена так или иначе имела к ней отношение, ведь следом прозвучало «сердце».

– Должно быть, вновь её образ вдовы…

– Опять вы врёте! – взорвался молодой человек. – Так мы ни до чего вразумительного с вами не дойдём.

Майкл Джейкобс счёл верным не отвечать.

Карлсен, хмурясь, отвернулся к огню.

Помолчав, доктор взвешенно произнёс: