– Меня зовут Перри Мейсон.

– Адвокат?

– Да.

Свет на крыльце погас. Прихожая осветилась, щелкнул замок, распахнулась дверь, и Мейсон впервые получил возможность как следует разглядеть человека, стоявшего в коридоре. Ему было, по мнению Мейсона, около сорока двух – сорока трех лет. Коренастый мужчина, начинающий лысеть. Еще сохранившимися волосами он, видимо, пытался скрывать плешь. Но сейчас, встав с постели, Карсон забыл причесаться, и длинные пряди волос свисали с одной стороны почти до подбородка. Это придавало его лицу странный несимметричный вид, абсолютно несовместимый с чувством собственного достоинства, с которым он пытался держаться. Коротко подстриженные усики уже начинали седеть. Такой человек никогда не сдается, и его трудно запугать.

Карсон оглядел Мейсона голубыми, чуть навыкате глазами и коротко произнес:

– Входите, присаживайтесь.

– Вы Элмер Карсон?

– Совершенно верно.

Карсон запер входную дверь и пригласил Мейсона в уютную гостиную, идеально чистую, если не считать пепельницы с окурками, пробки от шампанского и двух пустых бокалов.

– Присаживайтесь, – предложил Карсон, кутаясь в халат. – Когда умер Фолкнер?

– Если честно, не знаю. Сегодня вечером.

– Как он умер?

– Этого я тоже не знаю, но беглый осмотр тела позволяет предположить, что он был застрелен.

– Самоубийство?

– Насколько я знаю, полиция так не считает.

– Значит, убийство?

– Очевидно.

– Немало людей его ненавидели.

– И вы в том числе?

Голубые глаза, смотревшие прямо на Мейсона, даже не вздрогнули.