Однако в тот вечер комендант лагеря выглядел довольным. Он выпустил дым в сторону Берни, и тому тут же захотелось курить, он даже невольно подался вперед, чтобы уловить носом запах.

— Проводится дополнительное исследование заключенных, которые представляют особый интерес. Доктор Лоренцо ждет тебя внизу. И, Пайпер, отвечай на его вопросы как нужно, vale?[48]

— Sí, señor comandante.

Сердце у Берни тяжело билось, пока Августин вел его в подвал и открывал неподатливую деревянную дверь. Ему еще не приходилось бывать здесь, но красочные описания этого места он слышал.

Психиатр холодно взглянул на вошедших.

— Можете нас оставить, — сказал он Августину.

— Я буду за дверью, сеньор.

Психиатр указал рукой на стоявший у стола металлический стул:

— Садитесь.

Берни буквально рухнул на него, он очень устал. В углу комнаты горела керосинка, было жарко. Врач провел серебряной ручкой по колонке с вопросами в анкете. Берни узнал свой почерк. В бороде, разбуженные теплом, закопошились вши.

Психиатр поднял взгляд:

— Вы Пайпер, Бернард, англичанин, вам тридцать один год?

— Да.

— Я доктор Лоренцо. Три года назад, находясь в Сан-Педро, вы отвечали на вопросы. Помните?

— Да, доктор.

— Целью исследования было определить, какие психологические факторы побуждают людей становиться приверженцами марксизма. — Врач говорил монотонным голосом. — Большинство марксистов — невежественные рабочие низкого ума и культуры. Мы хотим еще раз опросить тех, кто не подпадает под эти критерии. К примеру, вас.

Он пронзил Берни пристальным взглядом.

— К марксизму людей приводят простые вещи, — тихо проговорил Берни, — бедность и угнетение.

— Да, именно такой ответ я и ожидал от вас услышать, — кивнул психиатр. — И тем не менее вы лично не подвергались воздействию ни того ни другого. Насколько я понимаю, вы учились в английской частной школе.

— Мои родители были бедны. Я получил стипендию на обучение в Руквуде.