— Боже, меня от этого тошнит, — призналась Хенли. — А их там еще много?

— От нее? Я нашел еще восемь. Она ему писала примерно год.

— Бедная, оторванная от реальности девушка, — вздохнула Хенли и взяла трубку зазвонившего на ее столе рабочего телефона. — Инспектор Хенли.

— Привет, это Лин. Не было возможности связаться с тобой раньше.

— Как там дела?

— Они сейчас собираются увозить тело. Я еду назад в морг, но хотела просто сообщить тебе то, что уже смогла выяснить. По моим оценкам, смерть наступила в течение последних двадцати четырех часов.

Хенли кивнула. Если записей с камер видеонаблюдения было недостаточно, чтобы убедить ее в виновности Оливера, факт недавнего убийства Лорин Вармы абсолютно противоречил modus operandi подражателя.

— Какие-то части тела отсутствуют?

— Нет, как ты сама видела, есть и обе руки, и обе ноги. Пальцы и на руках, и на ногах на месте. Но я могу тебе сообщить, что на запястьях и лодыжках остались следы веревок, есть синяки на шее и на макушке. Не могу сказать, когда появились синяки: при жизни или после смерти. Если не считать засунутое ей в вагину водительское удостоверение, никаких внешних признаков совершения полового акта я не вижу, но точно скажу позднее. У меня на сегодня запланировано очень много работы, поэтому займусь ею, как только ее привезут в морг. И есть кое-что еще.

— Что?

— Метки. Но совсем другие.

— Какие именно?

— На обеих грудях есть буквы и цифры. Я не знаю, что они означают. Я их уже сфотографировала, могу сбросить тебе на почту прямо сейчас.

— Спасибо, Лин.

Хенли опустила трубку и пересказала Рамоутеру все, что только что сообщила Лин. Через пару минут компьютер пискнул, сообщая, что пришло письмо. Хенли открыла сообщение от Лин. Это была фотография груди Лорин Вармы крупным планом. На коже вырезали четыре цифры и три буквы, они были залиты кровью.

— Что, по твоему мнению, это означает? — спросил Рамоутер. — Почтовый индекс? Может, пароль?

— Нет. Нет. — Хенли переписала последовательность букв и цифр на лист бумаги. — А0743ТР. Видишь? — спросила она у Рамоутера.

— Нет. Что это?

— Тебе не кажется, что это похоже на личный номер осужденного?