— Вот что любопытно, — продолжала судмедэксперт, не обращая внимания на повисшее в воздухе напряжение. — Я заметила это, еще когда осматривала тело Альваро. Но у Видаля ран больше, так что все было очевидно: судя по направлению порезов, удары наносились слева направо.

Гвардеец вскинул брови и скривил губы.

— А что это значит? — полюбопытствовал Мануэль.

— Возможно, убийца — левша, — пояснил Ногейра.

— Но это не точно, — поспешила добавить Офелия. — Я не успела как следует поработать с телом Альваро, так что нельзя утверждать, что в обоих случаях использовалось одно и то же оружие. Также необходимо учитывать другие моменты — например, положение нападавшего по отношению к жертве. Скажем, если он находился в автомобиле, то вынужден был занять определенную позу. И все-таки первым делом напрашивается вывод, что убийца — левша.

— Альваро был правшой, — твердо заявил Ортигоса, с вызовом глядя на лейтенанта. — А как насчет Видаля?

Гвардеец взглянул на часы:

— Еще рано. Чуть позже позвоним его тете и узнаем. А вот по поводу настоятеля я сомневаюсь. Он рос в те времена, когда левшей насильно переучивали. Возможно, он как раз из таких.

— А что насчет ударов по лицу? — продолжал настойчиво допытываться писатель. — Можно ли судить по траектории, кто их нанес?

Офелия задумалась:

— На самом деле повреждения есть на всех участках кожи. Это нормально, ведь в ходе драки человек двигает головой и уворачивается. — Судмедэксперт продемонстрировала похожее поведение. — Но самые сильные удары, в результате которых был выбит зуб, раздроблена скула и повреждена челюсть, пришлись на левую сторону. Возможно, это говорит о том, что нападавший — правша. И хотя обычно в таких случаях используют обе руки, можно предположить, что избил Антонио один человек, а удары ножом нанес другой. И еще: убийца — человек рослый и сильный. Невысокий и худой Тоньино, конечно, весил от силы килограммов шестьдесят. Но я еще на месте преступления заметила, что на трупе нет одной кроссовки, а носок сполз и болтается, зацепившись за пальцы. Сначала я подумала, что Видаль потерял обувь, когда бился в конвульсиях, что типично для асфиксии. Но ботинок нашелся метрах в десяти от дерева, у автомобиля, а во время вскрытия я обнаружила многочисленные повреждения на пятке, полученные при жизни. Поэтому я думаю, что Антонио притащили к дереву, а сделать это мог только кто-то очень сильный. Ведь нужно было поднять человека с земли, а потом повесить его на ветке. Конечно, труп находился невысоко, но и для этого требовалось приложить немалые усилия. Кроме того, у убийцы на руках должны были остаться ссадины. Правда, незначительные, если он использовал перчатки. Сейчас веревку осматривают на предмет частичек кожи и клеток эпителия, но, судя по первоначальным данным, их там нет.