Взывая к мертвым

Взывая к мертвым

В половине пятого утра Мануэль стащил с кровати покрывало, упал в постель и закрыл глаза.

* * *

Он вздрогнул и пробудился. Через застекленную верхнюю часть двери в комнату проникал слабый свет из коридора — монахи не гасили его, чтобы малыши не боялись. Альваро посмотрел на свои ноги, по-прежнему обутые в грубые школьные башмаки. Каждую ночь мальчик снова надевал их, убедившись, что его сосед по комнате уснул. Вот уже неделю Альваро ложится в кровать одетый. Несет вахту. Но сегодня его сморило. И, что хуже всего, он потерял счет времени. В церковно-приходской школе было запрещено носить часы: монахи считали, что они отвлекают детей от учебы. На первом этаже стояли большие часы, их бой было слышно в любом уголке здания, особенно по ночам. В последний раз мальчик слышал три удара, но не мог понять ни сколько проспал, ни который теперь час. Альваро осторожно встал с кровати, не сводя взгляда с лица спящего на соседней койке товарища: тот лежал неподвижно, приоткрыв рот. Альваро выскользнул в коридор и пошел, считая про себя двери, отделявшие его комнату от комнаты Сантьяго. Взялся за ручку и осторожно, словно обезвреживая бомбу, поворачивал ее, пока не услышал характерный щелчок. Он толкнул деревянное полотно и просунул голову внутрь. Было хорошо слышно сопение соседа Сантьяго, который, разметавшись, спал на ближней ко входу кровати. Вторая койка пустовала — белеющие в темноте простыни явственно свидетельствовали о том, что ее хозяин исчез. Альваро побежал по темному коридору, который вел к кельям монахов. Он не стал ждать, прислушиваться или стучать, а навалился на дверь и, повернув ручку, толкнул ее. Мальчик был уверен, что келья не заперта: в монастыре никому не дозволялось закрываться.

Альваро не увидел брата: огромное, потное, ритмично двигающееся тело с белеющими волосатыми ягодицами полностью накрыло Сантьяго. Зато были слышны приглушенные стоны мальчика, погребенного под бесформенной тушей насильника, — они звучали глухо и доносились словно издалека, из колодца или из могилы.

Извращенец, занятый своим делом, даже не заметил, что в келью кто-то вошел. Альваро отпустил ручку, вытянул ремень из школьных брюк и, взяв его обеими руками, запрыгнул на потную спину монаха и закинул полоску кожи ему на шею. Насильник вздрогнул, выпустил свою жертву и вцепился руками в удавку, тщетно пытаясь освободиться. Альваро изо всех сил натянул ремень и через несколько секунд почувствовал, что трепыхающееся под ним тучное тело двигается уже не так энергично. Монах упал на колени. Мальчик не понял, в какой именно момент трахея оказалась пережата, и все продолжал натягивать ремень. Жирная туша перестала шевелиться, но Альваро не ослаблял хватку, хотя руки свело судорогой, а костяшки пальцев побелели. Затем он отпустил удавку, дрожа и пытаясь отдышаться, и посмотрел на распростертое у его ног тело. Альваро понял, что монах мертв и что это он убил его. Мальчику было все равно. Плакать он точно не станет. И одновременно Альваро осознавал, что внутри у него что-то надломилось и он уже не будет прежним. С этим придется смириться.