– Добрый вечер, Лев Иванович, прошу, к столу прошу, – говорил он тоже очень скоро, будто стреляя очередями, и взгляд у него был цепкий, прицельный. Гуров обратил внимание на то, что, здороваясь, хозяин и поклонился по-спортивному, левая и правая руки – по швам, и лишь потом потянулся для рукопожатия.

На необъятной кухне, на которой разместилась бы с комфортом большая горская свадьба, был аккуратно и со вкусом накрыт овальный стол. Лев Иванович заметил, что хозяин предоставил ему право выбирать, какое место занять, а сам сел на свободный стул.

Квартира, конечно, не семейная, арендуется или же в ней проживают, но недолго, наездами. Ремонт сделан недавно, лаконичный и безликий. Ни детей, ни животных здесь нет и после ремонта совершенно точно не было. Мебель и плита не новые, но без царапинки. Большие окна закрыты наглухо, не занавесями, а плотными жалюзи.

Хозяин протянул бутылку вина с французской наклейкой:

– Желаете?

– Не откажусь, – не стал противиться Гуров, внутренне порадовавшись, что речь не идет о какой-то сверхэксклюзивной продукции с Черноморского побережья. Рубиновое, терпкое вино было неторопливо разлито в идеально прозрачные бокалы. Сыщик почему-то подумал, что такая чистота царит в домах старых и вредных дев.

Хозяин, вежливо отсалютовав бокалом, деликатно пригубил вино, Гуров последовал его примеру.

– Я сразу к делу, с вашего позволения. Видите ли, мне к вам посоветовал обратиться наш общий знакомый, протоиерей Федор Тугуз.

«И почему же я ни капли не удивлен?» – подумал Гуров, разглядывая своего визави.

Несмотря на залысины, скрытые бритьем головы, хозяину было немногим за тридцать. Чуть выше среднего роста, спортивный, гибкий, мускулистый, но с уже наметившимся животом. Лицо смуглое, приятное, скуластое, прямые, не нависающие брови, характерный для кавказца крупный нос. Взгляд очень быстрый, неуловимый, избегает прямого зрительного контакта. Одет и обут распрекрасно, дома – в брюках с идеальной стрелкой, в кремовой рубашке и аккуратном полувере, на запястье – дорогие часы.

– Ну а мое имя вам, наверное, ничего не скажет. Меня зовут Аслан, фамилия Нассонов. Прошу меня простить, я должен извиниться за это дешевое представление. Инсценировочка для отвода глаз. Ну, там, камеры-свидетели. Иначе нельзя было, по крайней мере, умнее я ничего не придумал. Эта квартира вас тоже, наверное, напрягает…

– В целом да, – признался полковник, дегустируя терпкий напиток.

– Да сам не знаю, зачем я ее взял. По глупости, статус. Типа, расти мне больше некуда. Я понимаю, я сам не любитель подобных кичовых блат-хат. И потом, в ней фиг знает, чем занимались. Вот, казалось бы, и ремонт сделал, и драили квартиру специально обученные люди, а ароматы не выводятся. Воняет, проще говоря. Но и в гостинице остановиться не могу, там же регистрироваться надо, – быстро говорил Аслан.