– Да вот, заехал к вам с ответом на запрос. Дубинина говорила правду. В ночь похищения она была далеко от дома Долецкой.

– И Голенко с ней, – понял Гуров. – Надо бы проверить.

– Уже проверяю, – подал голос Стас.

В дверь тихонько постучали.

– У нас учет! – сострил Стас. – Кто там с утра пораньше?

В кабинет вошла следователь Кораблева. По своей привычке улыбнулась, поздоровалась. Поставила сумку на пол, сняла пальто, поправила свитер. Гуров заметил, что при кажущейся открытости она все-таки еще смущается, если оказывается в их теплой компании.

– Приветствую, – оживился Гойда. – А вы что здесь делаете?

– А я сегодня утром была занята, а потом решила заскочить и отчитаться.

– Чем же вы были заняты?

– Мама с сыном приехала из Питера в гости, – объяснила Кораблева. – Я их на вокзале встретила. На улице что-то совсем прохладно. Чайком не угостите?

Гуров потянулся за чайником. После вчерашнего вина и последующих двух чашек крепкого кофе он ощущал себя не совсем здоровым и слегка немолодым.

– Всю ночь провели у Александры? – вспомнил Гойда.

Виктория присела на свободный стул.

– Да. Не могла уйти. Не получилось. Страшно было ее оставлять одну. Хотела попросить соседку присмотреть за ней, но у нее ребенок приболел.

– Не зарекайтесь, – посоветовал Гуров.

– А почему не получилось-то? – удивился Гойда.

– Ей был нужен человек, который удержал бы от необдуманных поступков. Она либо пошла бы искать ребенка, либо что-то с собой сделала бы.

– Уверены? – недоверчиво спросил Гуров.

– Интуитивно поняла. Пусть лучше ошибусь, чем потом буду себя винить. К утру я ее уговорила лечь спать, но соседку все-таки попросила зайти. Вот и весь отчет. У меня просьба.

Гуров протянул Виктории кружку с чаем.