– Так, погоди… – растерянно уставился на него я. – Ну а что будет с Сашей, с девушкой, с Иннокентием? Ты подозреваешь их или нет?

– Всё тебе рассказать пока не могу, но ничего с твоими друзьями не случится, – отмахнулся Николай. – Саша пока посидит в интересах следствия, чтобы крупную рыбу не спугнуть: обеспечим ему там комфортабельные условия, телевизор в камере… К Софье и этому Иннокентию претензий у нас нет. Девушку возьмём под негласную госзащиту, ну а парень пусть идёт на все четыре…

– Но…

– А тебе, повторяю, необходимо срочно уехать! Если хочешь, сам собирайся, если хочешь, ребята мои тебя до столицы подкинут.

Я сказал, что доеду сам, пообещав отправиться не позже завтрашнего дня. Ясно, что разговаривать с Николаем дальше было бесполезно. Я нутром чувствовал, что что-то изменилось во время нашего с ним разговора. То ли его действительно озарила какая-то решающая, последняя догадка после моих слов об информаторе, то ли он укрепился в своих подозрениях относительно Саши. В любом случае, я обязан был сделать всё для того, чтобы помочь парню. Если Коля склоняется к версии о виновности Васильева, необходимо собрать максимум доказательств в поддержку молодого человека. В таком деле решающей может оказаться любая мелочь, любая ерунда, не замеченная сыщиками.

Первым делом я отправился на квартиру Францева. Разумеется, я не рассчитывал застать там кого-либо из его подельников, надежда была на показания соседей и знакомых. Жил Францев в так называемой «шоколадке» – длинном коричневом здании, расположенном на Озёрской улице, напротив центрального городского универмага. Из соседей Бориса дома я застал дома только пенсионерку, жившую с ним на одной площадке. Парня она знала плохо. Сказала только, что человеком был замкнутым и необщительным, не водил домой ни друзей, ни девушек. Не участвовал и в соседских ссорах и сварах, что даже расстраивало старушку, которая несколько раз безуспешно обращалась к молодому человеку с просьбой подписать петицию о замене неработающего домофона.

В последнюю неделю Францева она не видела. Но вместе с тем сообщила о странном событии: часа за четыре до моего прихода к соседу заявилась бригада грузчиков. Из квартиры они вынесли всё, включая мебель. На лестничной клетке в самом деле оказались следы, обыкновенно остающиеся при переезде – строительный мусор, бечёвки, обрывки обоев. Странно, но работали грузчики грубо, в спешке не особенно жалея шкафы. На площадке обнаружились ещё не выметенные уборщицей декоративные гвоздики, мелкие щепки, видимо, отколовшиеся, когда мебель выталкивали через дверной проём…