– Значит, признался?.. – Дарби в полном изумлении сцепила под столом руки. – В убийстве жены и в том, что планировал убить тебя…

– Хотелось бы сказать, что он изменился со времени нашей последней встречи, но это не так. – Зейн достал мячик и уставился на него, задумчиво вертя в пальцах. – Кажется, будто тюрьма содрала с него маску. Он больше не способен притворяться. Теперь он такой, как есть.

Зейну становилось легче от того, что он сидит рядом с Дарби, чувствует аромат цветов, вдыхает свежий воздух после тяжелого дня. Он снова убрал мячик.

– Час назад Ли получил предварительный отчет о вскрытии. Грэм верно определил причину смерти. Субдуральная гематома, образовавшаяся в результате удара по голове. На Элайзе была уйма синяков – и свежих, и не очень. Думаю, защита станет настаивать на том, что это был несчастный случай.

– Но…

Зейн махнул рукой.

– Учитывая все обстоятельства и улики, он получит лет двадцать. Плюс нападение на тебя, нарушение условий испытательного срока, его старый послужной список… Он больше не выйдет на свободу. Так и умрет в тюрьме.

Замолчав, Зейн обвел взглядом двор, украшенный стараниями Дарби: цветы, которые он в жизни не додумался бы посадить, молодые деревья, яркие блестящие горшки.

– После той ночи я с ним больше не общался. Сперва был в больнице, прикован к каталке наручниками. Потом давал показания в суде, но его там не было. Поэтому сегодня я встретился с ним лицом к лицу впервые. Ради себя. Ради Бритт и Эмили. Ради бабушки с дедушкой. И тебя тоже. А когда ушел, то понял, что все кончено. Раньше такого не было, потому что я держал обиды в себе. Теперь – нет. Я вырвал их, как… как ядовитый сорняк с корнем. Раз и навсегда.

– Это было очень смело с твоей стороны.

– Его связали так, что он и пальцем пошевелить не мог.

– Я о другом. Душевные раны бывают крайне болезненными, нам обоим прекрасно известно. Ты серьезный парень и совершил смелый поступок, Уокер. Догадался его спровоцировать. Держу пари, ты был чертовски хорошим прокурором.

– Не жаловались. – Он улыбнулся. – По крайне мере, я не слышал. Теперь давай вернемся назад и закончим на высокой ноте. С Эмили все будет хорошо. Ей пока тяжело, и бабушке с дедушкой тоже, но мы справимся. У Бритт все отлично, и вообще у нее прекрасные новости. Она беременна.

– Она что?.. Здорово! – Дарби встала, приплясывая, и звонко стукнула своим бокалом по его. – Лучшая новость на свете. Когда рожать?

– Понятия не имею. Сам только что узнал. Она не хотела говорить, однако потом передумала. Бритт умеет исправить ситуацию.