– Но воду я люблю. А еще – смотреть на то, что сделано при моем участии. Здорово получается.

Дарби и сама оглянулась.

– Да, возможно.

– Сижу здесь, смотрю на воду, гляжу на ступеньки и, черт возьми, даже не представляю, что ты планируешь сделать с дурацким склоном. Если бы ты спросила меня год назад, я бы сказал: «Ну, я вижу крутой обрыв, заросший сорняками». А теперь гадаю, как его можно украсить.

Рой легонько стукнул ее кулаком по бедру.

– И, знаешь, в голову приходят кое-какие идеи. Удивительно. Сижу, дышу свежим воздухом – и лезет в мысли всякое. Совсем на меня не похоже. Разве не странно?

– У тебя крепкая спина, Рой, а еще сильные руки и меткий глаз. Это неплохо для начала. Если думаешь о том, чтобы уйти и открыть свое дело, то вперед.

Он опустил голову и хмыкнул.

– Я в тебе не сомневался. Нет, мне нравится моя работа. Меня все устраивает. И зарабатываю я неплохо. Просто, может… пора сделать предложение Адель?

– Обалдеть. Рой! – Дарби стукнула его по плечу, обняла, расцеловала, отчего он снова опустил голову и рассмеялся. – Это же чудо!

– Знаешь, в чем настоящее чудо? Она не пытается меня изменить. Любит таким, какой есть. Хотя мне кажется, я по твоей милости стал другим. Но она все еще любит меня.

– Цени, что у тебя есть, дружище.

– Стараюсь.

– И давай, езжай к своей девочке. В понедельник увидимся.

Дарби снова обняла его и встала.

– Ой, я уже опаздываю!

Она бегом поднялась по ступенькам, радуясь тому, что камни – крепкие и ровные – надежно ложатся под ноги. Всю дорогу до дома Зейна Дарби улыбалась.

Там уже хозяйничали Эмили и Бритт.

– Простите. Мне очень стыдно! Заработалась. Исправлюсь. Что надо делать?

– Они хотят, чтобы я повесил гирлянды, – пожаловался Зейн. – И говорят, нужно еще как минимум два стола с навесами.