Зейн зачарованно слушал.

– Если она снова выйдет замуж и надумает разводиться, зовите меня представлять ее интересы.

Дарби ухмыльнулась.

– Она говорит, что замужней жизнью сыта по горло и теперь планирует случайные связи без обязательств лет эдак до девяноста.

– Ты же не выдумываешь, правда?

– Ничего подобного. Ей пятьдесят восемь, но выглядит она на сорок – я же говорю, он отличный хирург. Детей нет, однако она души не чает в племянниках, и у нее в Лейквью немало друзей. Когда Шерил увидела, что я сделала у Маршей, то заглянула ко мне на сайт и нашла там фотографии твоего водопада.

Дарби доела хлопья.

– Она захотела такой же. И кусты лилий. Они напоминают ей о бабушке. В общем, у нее много планов. Шерил сказала, я очень милая, но дело не в этом – просто она решительно настроена поддерживать бизнес, которым управляют женщины. Если клюнет, а я думаю, что клюнет, «Хай Кантри Лендскейпинг» будут обеспечены работой до самой осени.

Дарби отнесла опустевшие тарелки в раковину.

– И еще кое-что. Шерил подумывает о создании небольшого благотворительного фонда за счет половины стоимости их частного самолета, который не включили в раздел имущества. Я сказала, что в таком случае ей понадобится местный адвокат, упомянула про тебя и уточнила, что мы живем вместе. Возможно, тебе позвонят.

Зейн, полный впечатления, восхищенно на нее уставился.

– Я правда от тебя без ума. Во всех смыслах слова.

– А как иначе? – Дарби подошла к нему и обняла за шею. – Хочу попросить тебя об одном странном одолжении.

– Слушаю.

– Напиши, когда приедешь в суд. И когда вернешься, тоже.

Он обнял ее за бедра.

– Заботишься обо мне, дорогая?

– Конечно. Это совсем на меня не похоже, но я хочу, чтобы ты написал.

– Тогда обязательно.

Зейн потянулся к ней за поцелуем.