Несмотря на воинственные заявления премьера Тодзио, Рузвельт и Хэлл сохраняли выдержку, проявляя заинтересованность в сближении. И в частных беседах, и в ходе официальных переговоров госсекретарь не раз говорил об этом. Более того, поступавшая к Номуре по неофициальным каналам секретная информация, добытая агентурой, говорила о том, что американцы готовы пойти на определенные уступки в Китае и Индокитае, видимо, втайне рассчитывая, что Япония нанесет удар русским.

Оснований для такого предположения у руководства США было более чем достаточно. Еще в конце 1940 года служба дешифровки проникла в тайну важнейших кодов Японии, и это положило начало особо секретной операции под названием «Магия». В Токио даже не подозревали, что дипломатическая переписка не составляла большого секрета. Расшифрованные радиограммы еще не успевали лечь Номуре на стол, как об их содержании уже становилось известно в Белом доме. Готовившийся в глубочайшей тайне Генеральным штабом Японских вооруженных сил план «Кантокуэн», касавшийся нападения и оккупации советского Дальнего Востока и Сибири, стал известен в Госдепе и Пентагоне еще летом 1941 года.

Спустя несколько месяцев, в сентябре сорок первого, была раскрыта еще одна тайна, вызвавшая в Белом доме переполох. Под напором воинственного министра Тодзио в Токио вызревал совершенно иной план – «самурай» пока не собирался бороться с «медведем», то есть русскими, намереваясь совершить бросок в другом направлении – на юг, к нефтепромыслам британских, голландских и американских компаний. Такой поворот событий никак не устраивал Вашингтон, и потому, стараясь отвести от себя удар, в Белом доме были кровно заинтересованы в том, чтобы план «Кантокуэн» не остался на бумаге.

В еще большей степени в исполнении этого плана были заинтересованы в Берлине. После провала блицкрига под Москвой Гитлер не оставлял императора Хирохито в покое и торопил с началом военного выступления против большевиков. Деятельный и неугомонный посол Ойген Отт бомбардировал премьера принца Коноэ, а затем и сменившего его генерала Тодзио личными посланиями фюрера с просьбами о немедленном начале войны против Советов и захвате стратегических центров Владивостока и Хабаровска.

Но в Токио не спешили на помощь союзнику, попавшему в тяжелое положение. Японский посол в Берлине генерал Хироси Осима и министр иностранных дел Сигенори Того отделывались туманными обещаниями начать военные действия против СССР сразу же после полного развертывания и отмобилизации частей Квантунской армии. Задержку они объясняли ссылками на нехватку горючего, которая возникла после введения США эмбарго на поставки нефти. Одновременно в глубочайшей тайне не только от союзников – Германии и Италии, – но и большинства собственных генералов по указанию премьера Тодзио в двадцатых числах октября особая группа офицеров Генштаба приступила к срочной подготовке плана нанесения ударов по военно-морским базам США и Великобритании на Тихом океане. При разработке этого плана соблюдались особые меры предосторожности. Завеса секретности была настолько плотной, что за нее не смогла проникнуть даже всесильная «Магия».