– У него такая же фамилия, как у тебя?

– А какая?

Вольф смутился.

– Я такого не знаю. Если тебя это задевает, прости. Я обязательно его прочту. Есть в Сети?

– Не интересовалась. Книг его дома навалом.

– Я, кстати, вчера видел твоего дядю Артёма.

– Да ты что? Почему утаил?

– Ты собиралась вчера. Не хотел отвлекать звонками. А утром у тебя был такой грустный и растерянный вид. Ты бы расстроилась.

– Почему расстроилась?

Вольф пересказал, при каких обстоятельствах ему вчера встретился Лизин дядя.

Она несколько раз охала во время его рассказа.

– Я ему звонила днём вчера. Сообщила, что мы улетаем. Мне показалось, он огорчился. Всё это тяжело для него. Эти эсэмэски. Неужели из-за этого ему плохо стало?

– Он поделился со мной, что ему позвонил тот полицейский, что обещал помочь. Я так понял, они сегодня встречаются в Москве.

– Он сегодня уезжает из Питера?

– Да… – Вольф сейчас и сам удивлялся, почему раньше не обсудил всё это с любимой. Вчерашнее его писательство поглотило его так, как никогда прежде. И ничего другого не сохранилось от вчерашнего дня, кроме того, как он писал всерьёз, взахлёб, и контуры романа уже намечались, уже всё яснее виделось, для чего подойдёт тот или иной его набросок.

– Это к лучшему. Надеюсь, у него хватит здравомыслия пойти к врачу. Интересно, что для него выяснил этот полицейский? Позавчера мы много чего навыдумывали, особенно я. Но вдруг что-то и окажется правдой? Я почти уверена, что ключ к разгадке в этом ЦМТ. Уверена, что моего дядю убили какие- то гады, чтобы повлиять на дедушку.

– Может быть, мама твоя что-то помнит?

– В таком состоянии её не стоит об этом расспрашивать.

– Но ведь она тоже получает эти эсэмэски?

Лиза поморщилась.