– При чём здесь Иван? – Пётр Викентьевич терял терпение.

– Ну так вот. Как я уже сказал, наркотой никто из вольнодумцев не балуется. Мы c Иваном изучали донесения Вики. Там про это ни слова. Она бы такое не упустила.

– Дальше…

– Если они их возьмут только за призывы к терроризму, адвокаты развалят дело. Поэтому они подложат наркотики. К бабке не ходи.

– Повторюсь, при чём здесь Иван?

– Он появится в момент задержания вместе с телевизионщиками, прессой. Разоблачит тех, кто подбросил. Скажет, что давно ведёт дело, и вот теперь оборотни разоблачены. Расскажет о покушении, в котором выжил. Сегодня вон все каналы трубили о его смерти… Руководство операцией я возьму на себя.

– Это идиотизм. Как он докажет, что наркотики подложены? А если наркотиков не будет? Если твои предположения не оправдаются? Ты сошёл с ума. Рехнулся на старости лет.

Крючков сжал губы

– Да. Ты прав. Но если Иван засветится перед камерами в такой ситуации, его никто не тронет. А если нет, я не ручаюсь…

– Надо бы тебе морду начистить. Но это не мои методы. – Старший Елисеев выдохнул. – Как ему выйти на журналистов?

– Это я всё сам устрою. Всё учту. Дам тебе знать. А ты – Ивану. Он сейчас только тебе поверит. Ты найдёшь способ.

– Нет, пока не договорились. Только когда убедишь меня, что другого выхода нет. Но есть ещё одно обстоятельство. Иван вчера выходил со мной на связь. Он спрашивал имя того свидетеля, который изменил показания по делу об убийстве Шалимова. Я не стал скрывать от него, что это Николай Марченко; ты, конечно же, в курсе, что он сейчас известный киношник. Ставлю тебя в известность, что я дам ему ещё один контакт. Это в прошлом главный инженер ЦМТ. Ты не представляешь, но он сам меня отыскал и готов кое-что рассказать. Облегчить душу. Что ты об этом думаешь, меня не волнует. Жду от тебя детального плана операции. Если он меня удовлетворит, тогда я передам Ване то, что ты хочешь.

«Никто на тебя не выходил. Ты сам никогда не забывал об этом деле».

Елисеев ушёл. Руку снова не пожал, только бросил:

– Пока!

«Странный Ваня всё же человек, – с удивлением отметил Крючков. – Находит в себе силы заниматься сейчас каким-то старым делом».

Потом позвонил Шульману и Туманову. Сейчас он мог положиться только на них.

Они приехали быстро.

Через два часа сформировался план операции. Туманов и Шульман проследят за Багровым и Соловьёвым. Вероятнее всего, им поручат осуществить провокацию. Они как пить дать рассунут пакетики по карманам верхней одежды молодняка, пока те будут заседать и обсуждать свои дурацкие идеи. Туманов и Шульман зафиксируют деяния оперов. Дальше – выход Елисеева. Если что-то не сойдётся, Ивану и прессе дадут отбой. Тогда придётся придумывать что-то другое. И быстро. Плана Б у них не было. В таких случаях не бывает плана Б.