Бедфорд-Хиллз   20:23

Катона               20:27

Голденс-Бридж   20:32

Пердис              20:37

Кротон-Фоллс    20:41

Брустер             20:48

На Восьмой авеню часы на его приборной панели показали без пяти восемь. Стало быть, Бедфорд-Хиллз или Катона уже не рассматривались. Голденс-Бридж – с большой натяжкой. Пердис – еле-еле. Кротон-Фоллс – да, если повезет. Оставался еще и Брустер, но Фоксу эта мысль претила. Он хотел оказаться на этом поезде и отыскать в нем Дору раньше, чем состав подойдет к перрону Брустера. Человек, который заманил девушку на поезд, послав ей телеграмму за подписью Текумсе Фокса, вероятно, не позволит ей достичь пункта назначения.

Пердис, скорее всего.

Девятая авеню… Десятая… Одиннадцатая… Свернув на эстакаду, Фокс взлетел к шоссе и нажал на газ.

Единственной проблемой оставались копы, но это было преодолимо. Как известно любому автомобилисту, существуют два способа избежать неприятностей с копами: нужно вести машину так медленно, что они вас не остановят, или настолько быстро, что им за вами не угнаться. Второй вариант не годился для Вестсайдского шоссе, ведь один-единственный звонок в пункт взимания сбора за проезд по мосту Генри Хадсона положит конец путешествию, поэтому Фокс скрепя сердце гнал на скорости шестьдесят миль в час, плавно и умело одолевая поток машин, которые придерживались общепринятых сорока пяти миль в час.

Через полмили после пункта оплаты стрелка на спидометре Фокса показывала уже за девяносто. Это, подумал он, подойдет. Но даже при девяноста милях в час извивы и ухабы несущейся навстречу дороги заставляли резину яростно вопить от непомерной нагрузки. На поворотах Фокс все внимание концентрировал на вождении; на нечастых прямых участках он мог позволить себе кинуть взгляд в зеркало заднего вида. Мимо пролетел знак, отмечающий границу города, и Фокс оказался на Сомилл-Ривер-парквей. Он выжал девяносто пять, и покрышки тревожно взвыли, а машина стремительно, словно радующаяся полету ласточка, преодолела крутой подъем. Когда Фокс пролетал мимо светофора в Крествуде, часы показали 20:19. Пердис был еще достижим, и поэтому на кольцевой развязке Хоторн-серкл он намеревался свернуть на Двадцать второе шоссе.

Но он этого не сделал. Ни коп, ни круговое движение не разрешили бы ехать на скорости более пятидесяти, так что, приблизившись к развязке, Фокс убрал ногу с педали, но затем, подъехав вплотную, он снова вдавил педаль газа в пол и нажал пальцем на клаксон. Его фары высветили впереди фигуру копа, который, вместо того чтобы праздно топтаться у поста дорожной полиции, стоял посреди проезжей части, размахивая обеими руками. Фокс стиснул зубы, схватил руль покрепче и, продолжая сигналить, направил несущуюся машину прямо на копа. В последний момент тот совершил отчаянный прыжок, бросившись влево, а Фокс вильнул вправо. Затем машина круто вывернула влево на развязку, накренилась и уже на двух визжащих колесах вписалась в поворот, снова встала на все четыре и рванула вперед, на Бронкс-Ривер-парквей.