Фокс стоял настолько близко, что мог дотронуться до них…

В дальнем конце вагона проводник выкрикнул:

– Брустер!

– О! – произнесла Дора. – Он объявил остановку в Брустере.

Тед кивнул. Его глубокий вдох говорил о том, что в последнее время Тед явно забывал дышать. С трудом оторвав глаза от девушки, он поднялся, протянул руку к вешалке, почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, повернул голову и произнес спокойно и безмятежно:

– Здравствуйте.

Взгляд Доры приподнялся над спинкой сиденья.

– О, привет!

Фокс медленно покачал головой:

– Господи, на все воля твоя…

– Мы выходим в Брустере, – объявил Тед, подавая Доре пальто, будто оно было соткано из чистейшего ангельского пуха и звездной пыли.

– Совершенно верно, – угрюмо подтвердил Фокс. – Уже прибыли. Поторопитесь одеться.

Поезд подошел к станции и сбавил ход. Остановился, вздрогнув. Фокс последовал за парочкой по проходу между сиденьями и по ступеням – на платформу. Здесь гулял холодный ветер, снежинки танцевали вокруг круглых плафонов станционного освещения, и Тед поспешно провел Дору в здание. Фокса на миг задержал своим приветствием другой сошедший с поезда пассажир, а когда он присоединился к стоявшей у окна парочке, Тед говорил Доре:

– Это первая точка на карте, куда мы добрались вместе. Брустер. Но она точно не последняя. И здесь очень мило. Красивая маленькая станция…

– Ну и?.. – поднажал Фокс.

Дора обратила к нему улыбку.

– Ах да! – спохватился Тед, вспомнив о нем. – Думаю, я обязан кое-что объяснить. Вы ведь получили телеграмму?

– Получил. В ответ на ту, что я отправил мисс Моубрей.

– Правильно. Только это я отправил ее. Какое удачное совпадение, что вы оказались в этом же поезде! Видите ли, я полагал, что Дора вряд ли станет отвечать на телеграмму, а просто сядет в поезд, про который я ей сказал, добавив, что дело крайне срочное…

– И подписались моим именем.