– Там лесенка вниз.

– Куда вниз, Пчелкина?!

– Вниз – это значит вниз, – убедительно произнесла девушка.

– Кисель, ты слышал ее?

– Да, я ее слышал, – с безнадегой в голосе ответил Паша.

– Лесенка вниз, Белоснежка, ведет нас в лабиринт Минотавра! Ты это понимаешь?

– Понимаю.

– Мы здесь и сейчас находимся уже под угрозой, он может выскочить когда угодно, а ты хочешь, чтобы мы пошли прямо туда? Юлька?! Я хочу напомнить, что газ и дробь его не берут – я сам это видел. И видела ты! И людей он не любит! Очень не любит!

– Минотавр лежит с загипсованной рукой у себя дома, Гном! – вскипела девушка. – И с опаленной рожей, потому что я ему прижгла физиономию электрошокером. Надеюсь, не убила. На эту рожу он не то что противогаз, но даже маску быка не наденет! И ближайшие две недели он точно не будет метаться по лабиринту. Это я тебе гарантирую!

– Кисель, тебя вдохновляет ее гарантия?

– Если честно, не очень, – ответил Паша.

– Вот так, Белоснежка, – заключил ее рыжий друг.

Во тьме, где печально горели три фонаря, воцарилось торжественное молчание.

– Значит, бунт на корабле? – спросила Юля.

– Представь себе, – сказал Мишка.

– Юленька, это действительно риск, – попытался ее убедить Паша. – И ради чего?

– Это же интересно! Не понимаете? Хлюпики!

– Да, я хлюпик, – кивнул Мишка Сомов. – А Пашка – маменькин сынок и чудила. – А ты – супергероиня.

– Все сказал, Гном?

– Все!