Он что-то забрал со дна колодца, и руки у него были теперь заняты. Фермер и Катя с усилием тащили его за веревку.
– Эй, берегись! – крикнул он и что-то выбросил на траву, освобождая руки для подъема. Ржавую палку – загогулину, как показалось сначала Кате.
Голова Гектора появилась над краем ямы, и вот он уже выбрался сам, поднялся на ноги и забрал с травы ржавый предмет.
Это была кочерга.
Катя ощутила, что ее словно накрывает волной. Фермер с сыном наперебой благодарили их за помощь, фермер тряс руку Гектора, просил мобильный – «бутылка за мной, лучший коньяк… А вы сыр козий с плесенью любите? Только скажите – килограмм привезем!» Коза Амалфея блеяла потрясенно-счастливо…
Но Катя не слышала ничего.
Ведро. Кочерга. Сколько лет они прятались от людских взоров в заброшенном колодце?
Гектор забрал ведро и кочергу в «Гелендваген». Они с Катей долго хранили молчание. А затем он произнес хрипло:
– Он нам солгал.
Катя глянула на него.
– Помнишь, в полиции Чурилова нам сказали, что Аглаю на террасе убили первой и не топором, а каким-то другим предметом, который полиция в полусгоревшем доме так и не нашла. – Гектор указал на ржавую кочергу.
Но Катя не ответила. Горячая, удушливая волна… она не схлынула, гул ее почти оглушал, словно прибой в ее ночных кошмарах.
– Тромбонист… Женя Зарецкий был на месте убийства сестер. А нам он лгал. – Гектор провел рукой по лицу. – Ну, братан… кавказский пленник… А я-то его считал своим… А он тоже, как и все они, лжец… И не только лжец, Катя, он же… Ну, что ты молчишь?
– Гек, ты говорил, что Зарецкий в силу своих физических увечий и малого возраста никогда бы не смог справиться один с двумя девушками намного старше его. Правильно, так оно и есть, – медленно произнесла Катя. – Существует лишь один способ для калеки… Если ему кто-то помогал и у него имелся сообщник. Однако мальчишка в тринадцать лет не мог играть главную роль в убийстве. Нет, Гек…
– С кем же был Женя? – спросил Гектор. Изменчивый голос его дрогнул.
Глава 32 Келены
Глава 32
Келены