Катя закрыла глаза. Ей показалось, лишь на миг.

Удар грома! Молния!

Ей померещилось, что они с Гектором снова перенеслись в ту ночь… Или это сон? Но она уже пробудилась. Над Чуриловом бушевала гроза – последняя за летний сезон. Ливень хлестал в окно.

И вдруг…

– Пяткин зашевелился! – громко объявил Гектор, он был уже на ногах. – Датчик фиксирует движение. Я так и знал, если решится, то на ночь глядя – сейчас почти одиннадцать.

– Он едет в Люберцы?

– Ему не миновать Чурилова, здесь ближний выезд на федеральное шоссе, из Кашина намного дальше, я его перехвачу, и мы последуем за ним.

Забрав снаряжение, укрыв его от влаги, под ливнем они добежали до «Гелендвагена». Гектор передал ноутбук Кате, врубил скорость, и они двинулись через город в направлении выезда на шоссе. Дворники не справлялись с потоками воды на лобовом стекле. Видимость была близка к нулевой. На экране ноутбука алая точка медленно перемещалась куда-то вбок – Катя следила за ней глазами. Гектор тоже глянул и сбросил скорость.

– Он не к федералке мчит, – сообщил он.

– А куда же он?

– Той же дорогой чешет, что и мы из дома отдыха. Катя, он едет в Пузановку.

– К колодцу? Но откуда он узнал?!

– Я же говорю – нам неизвестны их отношения тогда и сейчас. Я ведь Жене… братану чеченскому… сказал про колодец.

– Зарецкий, по-твоему, сразу связался с Пяткиным и сообщил ему новость?

Гектор молча начал разворачиваться. Они помчались в Пузановку – благо до нее рукой подать. Катя видела, что расстояние между ними и маяком стремительно сокращается.

Сельская дорога тонула в хляби небесной, раскисала под ливнем. Впереди возник темный холм – Пузановка. И вдруг Гектор, глянув в ноутбук на Катиных коленях, резко затормозил. Струи дождя барабанили по крыше машины.

– Черт, куда он?

Катя напряженно всматривалась в экран. Маяк повернул в сторону от Пузановки и теперь полз по экрану… И тоже остановился.

– Где Пяткин? – Катя совсем растерялась. За окном – ни зги. Тьма.

– В Жадино, – ответил Гектор. – У него ведь там особняк.