– Что бы вы стали делать, если бы ушли?

– Не знаю. Я никогда об этом не думал.

Глава девятая

Глава девятая

Однако поздно вечером, уже в постели, он задумался об этом. Не как о перспективе, а чисто умозрительно. На что это будет походить – уйти? Уйти, пока он еще достаточно молод, чтобы начать что-нибудь другое? Если он начнет что-нибудь, что это будет? Овцеводческая ферма, как у Томми? Славная будет жизнь. Только выдержит ли он чисто деревенское существование? В этом он сомневался. А если нет, что еще он мог бы делать?

Он играл в эту новую славную игру, пока не заснул, а на следующее утро взял ее с собой на реку. Одной из действительно привлекательных граней в этой игре была мысль о том, как вытянется физиономия у Брюса, когда тот прочтет его рапорт об отставке. Брюсу одну-две недели не только будет не хватать штата, он почувствует, что навсегда лишился своего самого ценного подчиненного. Это была вдохновляющая мысль.

Грант ловил рыбу в самой любимой заводи под висячим мостом и вел чудесный разговор с Брюсом. Потому что разговор, конечно же, состоится. Он доставит себе такую радость и положит письменный рапорт на стол под нос Брюсу, положит сам, лично. Тогда и произойдет между ними беседа, которая принесет ему, Гранту, полное удовлетворение, и он выйдет на улицу свободным человеком.

Свободным для чего?

Быть самим собой, не быть ни в чьем распоряжении.

Делать то, что ему всегда хотелось делать и для чего у него не было времени. Например, бороздить моря на маленьких суденышках.

Жениться, быть может.

Да, жениться. На досуге у него появится время соединить свою жизнь с жизнью другого человека. Время для того, чтобы любить и быть любимым.

Этих приятных размышлений Гранту хватило еще на целый час.

Около полудня Грант почувствовал, что он не один. Он посмотрел вверх и увидел, что на мосту стоит человек и глядит на него. Незнакомец стоял всего в нескольких ярдах от берега, и, должно быть, стоял там уже довольно долго, потому что мост не качался. Мостом служило обычное сплетенное из проволоки корыто, на дно которого были положены деревянные планки – конструкция настолько легкая, что даже ветер мог привести ее в движение. Грант был благодарен незнакомцу, что тот не дошел до середины сооружения и не раскачал мост, распугав всю рыбу вокруг.

Выражая свое одобрение поведению пришельца, Грант кивнул ему.

– Ваша фамилия Грант? – произнес тот.

После уклончивости островитян, изъясняющихся обиняками, причем настолько, что у них в языке отсутствовало слово «нет», приятно было услышать прямой вопрос на простом английском.