– Да.
– Арсен Люпен.
Неожиданно подставив ножку своему собеседнику, он проворно добежал до улицы Риволи, вскочил в проезжавший мимо автомобиль и велел ехать к заставе Терн.
Дорога Револьт находилась поблизости; он направился к дому номер 3.
Несмотря на все его хладнокровие и умение владеть собой, Арсену Люпену не удавалось справиться с охватившим его волнением. Найдет ли он Долорес Кессельбах? Доставил ли Луи де Мальреш молодую женщину к себе или в сарай Старьевщика?
Люпен забрал у Старьевщика ключ от этого сарая, так что ему не составило труда, позвонив, пересечь все дворы, отпереть дверь и войти на склад хлама.
Включив свой фонарь, он огляделся. Чуть правее находилось свободное пространство, где на его глазах сообщники совещались в последний раз.
На упоминавшемся Старьевщиком диване он заметил что-то темное.
Там с кляпом во рту лежала завернутая в одеяла Долорес…
Он освободил ее.
– Ах, вот и вы!.. Вот и вы, – прошептала она. – Они ничего вам не сделали?
И тотчас, поднявшись, она указала в глубь склада:
– Там,
– Сначала вы, – сказал он.
– Нет, он… Покарайте его… прошу вас… покарайте его.
На этот раз страх, вместо того чтобы сразить Долорес, казалось, придал ей необычайные силы, и она повторила в порыве неукротимого желания выдать страшного врага, который мучил ее:
– Сначала он… Я не могу больше жить, вы должны спасти меня от него… должны… я не могу больше жить…
Развязав Долорес, он заботливо уложил ее на диване и сказал:
– Вы правы… Впрочем, здесь вам нечего бояться… Ждите меня, я вернусь.