– Ты пережила травму, Энди. Любой другой бы сдался. Меня поразило, что ты выбралась живой.

Она почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Она отчаянно хотела, чтобы это было правдой.

Майк снова подошел к ее кровати. Он начал протирать ей руки, хотя она их уже помыла.

– Я понимаю, почему ты бросила меня. Все было плохо. Тебе нужно было время, чтобы разобраться, кто ты и что тебе делать со своей жизнью. Я хотел дать тебе это время. Я знал, что ты стоишь того, чтобы ждать. Но ты так и не вернулась.

Андреа закусила губу и почувствовала привкус крови.

– Те слухи, о которых говорил Байбл… – Майкл осторожно взял ее руки в свои. Он нервничал. Она никогда раньше не видела, чтобы он нервничал. – Я совсем раскис, когда ты исчезла. Все подшучивали над тем, что я сохну по какой-то девчонке, но правда в том, что ты вроде как разбила мне сердце.

Андреа сильнее прикусила губу. Она совершила огромную невыносимую ошибку.

– Ну, не то чтобы я ночей из-за тебя не спал или что-то такое, – Майк попытался скрыть свою уязвимость за одной из своих ухмылок, но в ней не было его обычной дерзости. – Да, я написал несколько стихов, но не бродил бесцельно по улицам с твоим именем на устах.

Андреа рассмеялась, но только чтобы сожаление, сдавившее ей грудь, нашло хоть какой-нибудь выход.

Он пожал плечами:

– Все, что мне оставалось, – броситься в омут беспорядочного секса с головой.

На этот раз она рассмеялась по-настоящему.

– Не пойми меня неправильно. Я был благодарен за каждый секс. Я многому научился. – Его игривый тон вернулся. – Благодаря стюардессе снова начал вести дневник. Балерина поработала над моим выразительным танцем. А с матерью-одиночкой с улицы моей бабушки все было очень нежно. И супермодели. Было очень много супермоделей.

Андреа переплела свои пальцы с его. Ее сердце билось так сильно, что она могла поклясться, что слышит его.

– Удивительно, – сказала она. – Я справлялась с расставанием точно так же.

Майк выгнул бровь.

– Мужчины-супермодели или женщины-супермодели?

Она пожала плечами:

– Когда ты на оргии, там уж как получится.

– Конечно. Не хотел показаться грубым.