— Лидия Петровна тоже оказалась права. Она мне сказала, что Натка по злобе убила Марика.

— А ты что, без меня у неё была?

— Да, заезжала, — нехотя призналась Лара.

«Вот черт, проболталась!..» — запоздало спохватилась она. Хотела же сохранить это втайне от Алки. Как теперь объяснить подруге, зачем ездила одна? Вряд ли ей понравятся секреты за её спиной. Если она поймет, что Лара сговаривалась с Лидией Петровной, чтобы та повлияла на Алку, — то непременно даст дугу. Дело не только в том, что она будет возмущаться. Сама Лара терпеть не могла, когда вмешиваются в её жизнь, а уж своенравная, независимая подруга, — и подавно. Теперь Лариса испытывала чувство неловкости — Алка же не ребенок и не слабоумная, чтобы за неё что-то решать и влиять на её характер. Никому не позволяла лезть в свою жизнь даже смолоду, а теперь и подавно. Лидия Петровна способна на неё повлиять, но получилось, что Лариса проявила бестактность.

Она виновато посмотрела на подругу, но та, казалось, не обратила внимания на её замешательство.

— Да-а… Все оказались правы, в результате мы наковыряли бочку говна, и что самое характерное — не только в переносном, но и в прямом смысле.

Обрадовавшись, что подруга не стала фиксироваться и допытываться, Лариса только было открыла рот, но Алла решительно перебила:

— Все, подруга, кончай базар, надоели твои сопли-слюни. Выкладывая свой план-кинжал, если он у тебя есть. Я тут в одном костюме замерзла, как цуцик, холодно же и роса уже выпала.

— Давай на ночь останемся здесь, а утром я съезжу за Лидией Петровной. В восемь выеду, за час доберусь, к десяти вернусь вместе с психиатром.

— Лучше я сама за ней сгоняю, быстрее получится.

— Да ты её напугаешь своей лихой ездой!

— Не ссы, подруга! Прошлый раз же не напугала, когда к Натке на гипноз возила. Ты напрасно думаешь, что наша психиатриня кисейная барышня. Баба крепкая, не из пугливых.

— Алка, мне страшно одной с Наткой оставаться!

— А-а, так бы сразу и сказала. Тогда поезжай сама, я эту обосранную соплюшку не боюсь.

— Постараюсь вернуться как можно быстрее. Лишь бы Лидия Петровна согласилась приехать.

— Значит, эту куклу теперь в дом тащить? — Алла снова слегка пнула Натку в области ягодиц и скривилась.

— Придется. Она же тут замерзнет.

— Эх, добренькая ты, подружка, только не понимаешь, что мерзавки вроде Натахи, это не оценят, — безнадежно махнула та рукой. — Горбатую могила исправит. Сколько жопой ни тряси, а последняя капля все равно в трусы. Ладно, раз уж ты зациклилась на своем альтруизме, тебя хрен сдвинешь. Не самой же тебе её волочить. Придется мне грыжу зарабатывать.