Машина медленно остановилась, Наташа открыла дверцу, но выйти не успела. Алла вихрем налетела на неё и вцепилась в плечо.

Похоже, Натка был в трансе и не воспринимала окружающего. Но когда разъяренная Алла, ругаясь сквозь зубы: «Тварь, паскуда, проблядушка чертова, пиздорванка разъебанная, чуть не раздавила меня, гадина безмозглая», — выволокла её из машины, та вдруг стала вырываться и отбиваться, действуя руками, ногами и даже ногтями и зубами. Не ожидавшая от хилой Натки такой прыти, Алла от неожиданности выпустила её и затрясла прокушенной рукой, но тут же попыталась снова схватить верткую противницу.

Лара стояла в пяти шагах, замерев от ужаса, смешанного с безграничным удивлением. Неужели это та самая Натка, с личиком падшего ангела и обманчиво невинным взглядом голубых глаз, которая сидела на больничной кровати жалкая и несчастная?! Падший ангел вдруг превратился в разъяренную дикую кошку. Понятно, что в таком состоянии Натка ни перед чем не остановится, если на её пути возникнет препятствие.

— Ларка, ты чего застыла, как жена Лота? — заорала Алла. — Подойди к ней сзади и постарайся поймать её руки или хотя бы со всей силой дай хорошего пинка, чтобы она мордой в землю зарылась! Спереди она, как взбесившаяся кобыла. Кусается, сволочь, и лягается.

Наконец Лариса вышла из оцепенения, отбросила молоток-топорик, который до сих пор крепко сжимала, и, шагнув за спину Натки, обхватила её обеими руками. Но удержать возбужденную Наталью было не так-то просто. И откуда столько силы у миниатюрной женщины?!

На некоторое время вся ярость Натки обрушилась на Лару. Пытаясь выскользнуть из захвата, она ерзала всем телом, пихалась локтями, то приседала, то резко поднималась, каждый раз больно ударяя макушкой в подбородок Ларисы, впивалась длинными ногтями в её руки, колотила острыми каблуками по ногам.

— Бля! Что за бес в неё вселился?! Была бы она мужиком, я бы сейчас врезала ей по яйцам! Ладно, сколько б ни елозила, а кончать-то надо! Хрен с ней, вырублю, пусть остается бездетной, — с остервенением произнесла Алла и уже собралась нанести свой коронный, сокрушительный удар ногой, с помощью которого не раз расправлялась с мужчинами, но остановилась услышав Ларин отчаянный крик:

— Алка, не надо! Ты же убьешь ее!

— Тогда отпусти эту стервь! — заорала та. — Сама с ней разберусь.

Разжав онемевшие руки, Лара стояла в напряжении, готовая в любой момент прийти на помощь подруге. Почувствовав, что её никто не держит, Наташа на несколько секунд замерла и потрясла головой — видимо, несколько чувствительных ударов о подбородок Ларисы не прошли бесследно. Было похоже, что Натка ничего не соображает — откуда-то из глубин подсознания поднялась волна немотивированной злобы и агрессии, которую она обрушила на ни в чем не повинных подруг.