Легко приподняв верхнюю часть Наткиного тела, Алла покачала её, как бы взвешивая, и скомандовала:

— Держи её за ноги. Дотащим, даже без грыжи обойдется при её бараньем весе.

Ухватив противоположный конец свертка с Наткой, Лариса сделала несколько шагов синхронно с подругой, но споткнулась и упала, выронив свою ношу.

— Эх ты, нежить! Мало каши ела, все фигуру бережешь, — беззлобно поддела её Алла. — Если бы питалась, как я, часто, но много, — запросто таскала бы подмышкой всяких убийц. Отпусти, я сама доволоку, а её клюпы корюзлые пусть по земле волочатся. Она же со своим Мариком не очень-то церемонилась — и волокла, и пинала, — пусть теперь сама побудет в его шкуре.

Верная боевая подруга покрепче ухватила Натку в области подмышек, прижав к себе левой рукой, а правой придерживая её голову, и энергичным шагом, даже без особого напряжения, двинулась к дому. На крыльце Лариса помогла подруге, и они благополучно доставили Натку в её комнату.

— Не вздумай её распеленать! — предупредила Алла. — А то опять расчувствуешься, что у неё ручки-ножки затекли. Пусть лежит так, не вспотеет, а то неизвестно, как она себя поведет. У меня есть сильное подозрение, что эта мразь придуривается. Не так уж сильно я ей шваркнула по сусалам, чтоб так долго валяться в отрубе. Наверняка эта хитрожопая сейчас все слышит, но изображает из себя покойницу. Вспомни, как эта притвора нас в больнице надурила, изображая умирающий вид. Еще четыре дня назад валялась вся без сил и блеяла жалобным голоском, а сегодня дралась, как уличная проститутка. Не верю ей ни на грош. В людях Наталья, а по жизни каналья. Эта поганка на все способна.

— Алка, а если она выберется из этого кокона? — опасливо поинтересовалась Лара. — Если Натка притворяется, то для здоровой женщины выбраться из простыней не проблема — перекатится несколько раз с одного бока а другой, и свободна.

— Ты же сама её пожалела и не захотела связывать, а теперь сокрушаешься. Ладно, мать, не бзди. Если она вылезет, — ещё раз по рогам получит, но на этот раз уже основательно. Слышишь, кикимора? — ткнула она в бок Натку. Посмотрев некоторое время на неподвижный кокон, Алла повернулась к подруге. — Даже если сейчас эта хитрожопая притворяется, то скумекает своими куриными мозгами, что со мной шутки плохи. В первый момент я опешила, не ожидая нападения от этой пигалицы. Я ведь хотела просто вытащить её за шкирку из тачки да тряхануть хорошенько, чтоб она пришла в чувство. Нет у меня привычки бить баб. Но больше церемониться с этой тварью не намерена. Врежу так, что мало не покажется, и даже древних на латыни цитировать не стану. Этой кретинке все равно не осознать всей глубины и ширины моей эрудиции, — Алла решила немного подурачиться.