— Алка, не будь такой жестокосердной! Может быть, Натка больна психическим заболеванием, которое периодически обостряется. Лидия Петровна говорила, что психиатры не считают душевнобольных преступниками, даже если те совершили убийство. Для них это пациенты, которые преступили закон из-за своей болезни.

— Так они ж врачи, клятву Гиппократа давали! А мы с тобой простые смертные и ничто человеческое нам не чуждо. Пусть Натка хоть трижды психбольная, но для меня она — мерзкая тварь. То, что сотворила эта поганая гадина, — у меня в башке не укладывается. Ладно бы, порубила милого топориком на мелкие кусочки или пристрелила, руководствуясь общечеловеческими эмоциями — ревность, обида, унижение, что он её бросил. Но сделать то, что отчубучила Натка… Нет, это вне человеческой морали. Ты можешь сопереживать этой поганке, такой уж у тебя характер, а для меня эта мерзятина ничем не лучше тех ублюдков, которые тебя похитили и намеревались, получив бабки, сбросить твое прекрасное молодое тело в сортир. Натка из того же теста сделана. Даже выкопать могилку для бывшего любимого не потрудилась, сука рваная. Тем уродам, что тебя увезли, тоже лопатой работать непривычно, они умеют только грабить и мучить своих жертв, а потом в сортир их. Это не по-человечески, понимаешь?! И убивать — не по-людски, а уж бросать в яму с дерьмом — это вообще ни в какие ворота не лезет! «Homo homini monstrum», — человек человеку чудовище, — вот как они себя ведут. По отношению к таким нелюдям неприемлемы общечеловеческие нормы морали, понимаешь? В древности самым позорным было, когда тело бросали на съедение диким зверям, но даже варвары не позволяли себе бросать труп в дерьмо. Это же надругательство над телом! А выродки, и Натка в том числе, додумались до подобной мерзости! Даже выкопать яму для убиенного им неохота. Чушке позорной надо было не в бизнес, а в рэкетирши податься. Уж она бы тебя не пожалела, манда горбатая, на ленточки бы порезала, попадись ты ей в руки. Ради бабок эта безголовая кретинка на все пойдет.

— Алка, это все твои предположения. Натка не бандитка и пока ничего плохого мне не сделала.

— Да-а? А вся прошедшая неделя, когда мы по её милости жили, как на вулкане, и сегодняшняя ночь, — не в счет?

— Мы сами в эту историю влезли, — возразила Лариса.

— Да не мы влезли, а она вполне сознательно нас втянула! Неужели ты до сих пор не доперла?! — Алла рассердилась и повысила голос, но быстро остыла и сказала уже спокойным тоном. — Теперь ты видишь, что твоя верная боевая подруга, как всегда, оказалась права? Я же ещё в понедельник сказала, что эта история за версту воняет дерьмом. Правда, тогда имелся ввиду фигуральный смысл, а не буквальный…